– Ещё?– по его лицу пробежала глумливая ухмылка.
– Подожди,– остановил его человек в сером костюме.
Здоровяк опять встал позади него.
– Знаешь, кто я такой?– обратился он ко мне, стряхивая пепел прямо на пол.
Кивнув, я спустил ноги, пытаясь сесть.
– Тогда рассказывай сам и так, чтобы всё было понятно. А я послушаю и решу, что с вами делать.
Только сейчас я заметил, что на самом краю кровати сидит женщина, с которой я уехал из ресторана.
Она призывно смотрела на курящего человека, но он делал вид, что не замечает её.
– А что тут рассказывать?– я вытер лицо рукой, разглядывая татуировки на его пальцах.
– Ну, если тебе нечего сказать, я, пожалуй, поеду домой. Такой непростой день выдался, сам понимаешь.
Бросив сигарету на пол, он раздавил её ногой и поднялся со стула.
– У нас ничего не было!– закричала женщина.– Клянусь тебе, ничего!
Он словно только заметил её.
– За две недели до свадьбы ты на глазах всего ресторана уезжаешь с этим…,– он замолчал, подыскивая слово,– с этим молокососом. Скажи, чего тебе не хватало? Что в нём есть такого, чего нет у меня?
– Боже, что я наделала?– она сползла с кровати на пол и, закрыв лицо руками, в голос заплакала.
«Боже,– подумал я,– что я наделал? Она была его невестой!»
– Пусть она выйдет,– попросил я.
– Зачем?– он достал новую сигарету.
– Ей незачем слышать то, что я скажу. И этому спортсмену тоже.
Человек отрицательно покачал головой:
– Говори при них.
– Если она Вам дорога, сделайте, как я прошу.
Немного подумав, он протянул руку в сторону:
– Дай ствол!
Здоровяк протянул ему огромный револьвер серебристого цвета.
– Отвези её домой!– приказал человек.
– Послушай, Гена, я навёл о нём кое-какие справки, он не так прост, как кажется на первый взгляд.
– Делай, что говорят!
Здоровяк помог подняться женщине, и вышел из комнаты.
– Ты тоже уходи,– не глядя в сторону женщины, человек махнул револьвером, указывая на дверь.
– Я не знаю, что он скажет,– женщина коснулась его плеча,– но хочу, чтобы ты знал: у меня с ним никогда ничего не было, я даже не знаю, кто он такой!
Дёрнув плечом, он снова присел.
Я услышал, как захлопнулась входная дверь и в комнате воцарилась тишина.
– Говори,– приказал он,– и если я услышу хоть нотку фальши в твоём голосе, клянусь, что пристрелю тебя!
– Я хочу пить.
– Потом попьёшь, если, конечно, останешься жив.
– Между нами ничего не было,– сказал я.
– Она уже сообщила мне об этом,– он взвёл курок револьвера.
– Но она не сообщила Вам, что приехала ко мне против своей воли.
– Вот как? Что-то я не заметил, чтобы она была связана по рукам и ногам.
– Этого и не требовалось, я заставил её сделать это.
Он молчал.
Я облизнул пересохшие губы:
– Я напился и поспорил со своим товарищем, что смогу увести её из ресторана.
– Ты спорил на мою женщину?
– Я очень виноват перед ней и перед Вами тоже. Если можете, простите меня. Она просто выполняла мой приказ, не отдавая себе отчёт в том, что происходит.
– Ты гипнотизёр?
– Не знаю, но у меня есть способность управлять людьми.
– Очень интересно. Значит, сейчас ты можешь управлять и мной?
Я кивнул.
– Тогда прикажи мне застрелиться и у тебя сразу исчезнут все проблемы. Ну, чего же ты ждёшь? Прикажи!
Я старался не смотреть в его сторону.
– Что бы ты сделал на моём месте?– неожиданно спросил он.
– Дал мне воды.
Он недобро засмеялся:
– Чувство юмора в минуту опасности хорошая вещь, но оно тебе не поможет. И знаешь, я не верю ни одному твоему слову. И её словам тоже не верю. Может быть, она носит в себе твоего ребёнка и мне стоит покончить со всеми вами?
– Тогда стреляйте, зачем затягивать спектакль?
Поиграв желваками, он направил ствол в сторону моего лица:
– Не буду скрывать, мне очень хочется поступить подобным образом, но это было бы слишком просто для тебя. Я бизнесмен, контракты моя стихия и сейчас мы с тобой заключим договор. Раз ты утверждаешь, что можешь управлять людьми, значит, достать определённую сумму денег не составит для тебя большого труда, верно? Скажем, десять тысяч долларов в неделю. Я скажу, куда ты будешь их приносить.
Нёбо слиплось, и я с трудом ответил:
– У меня нет таких денег.
– Сейчас нет, а потом будут. Зайдёшь в банк, мило улыбнёшься кассиру, закрутишь ей голову, как я вижу, у тебя хорошо это получается, и дело в шляпе,– он начертил револьвером круг в воздухе.
– Я не занимаюсь подобными вещами.
– Значит, займёшься,– жёстко ответил он,– или пожалеешь, что вообще появился на белом свете! Часики тикают прямо с этой минуты. День просрочки означает, что ты должен мне такую же сумму. Разговор окончен.