. Иногда, конечно же, случались казусы. В спешке, торговцы путали свой товар и отправляли «бородачам» чудесные шёлковые ночные чехлы для усов, а «усачи» получали взамен черепаховые гребни для бороды. Разгневанные с обеих сторон горожане, дружно забрасывали горе-продавцов помидорами, вываливали их товар в придорожную грязь и прогоняли из города и, через пару дней всё забывалось. Обе страны продолжали мирно жить по соседству, растить усы, приглаживать бороды и беззлобно посмеиваться над чудачеством «усачей» или над странностями любителей бород. Трагедия разыгралась внезапно и совершенно из ничего. Однажды, в одном городе, разделённому границей на две части, так что в его центре проходила толстая белая линия, показывающая, на чьей территории вы находитесь, в одном кафе, где часть столиков стояла в одном государстве, а другая часть в другом, возник безобидный спор. Двое весьма уважаемых профессоров из одной и той же академии наук, в шутку поспорили, что появилось раньше, усы или борода. Как вы понимаете, один из участников спора носил великолепны усы на старомодном бамбуковом каркасе, а другой, замечательную бороду, по старине украшенную фазаньими перьями. Каждый был весьма образован и приводил весьма веские доводы в защиту своей теории, ссылаясь на древние манускрипты, папирусы и труды античных авторов. Оба знали латынь и греческий, и без труда цитировали по памяти целые страницы в поддержку своей версии. Естественно, что научная дискуссия такого уровня привлекла внимание людей сидевших поблизости. Очень скоро, «профессорский» столик был окружён толпой зевак, разделившихся на два лагеря и горячо поддерживавших свою сторону. Страсти понемногу накалялись, но не выходили за рамки обычных. Закончив свой обед, профессора расплатились, обменялись рукопожатиями, пожелали друг дружке хорошего дня и удалились, договорившись продолжить беседу в следующий раз, т.к. тема была далеко не исчерпана. На этом, собственно, всё и должно было закончиться, если бы двое посетителей, чьи имена история умалчивает, не сцепились предметами научного спора, а именно усами и бородой. Впоследствии, обе стороны, конечно же, обвиняли в том, что произошло своего оппонента, но факт, что говориться, был налицо. Борода одного из наблюдателей, пышно украшенная золочёными лентами и бисером, сплелась с метровыми усами другого. На беду, оба мужчины оказались отставными офицерами и, вместо того, чтобы с улыбкой распутать свои волосы и пойти своей дорогой, они стали кричать друг на друга и требовать, немедленно убрать «свою бороду с моих усов» и наоборот. Даже тут, всё ещё могло бы хорошо кончиться, не вмешайся в их перепалку жёны, каждая из которых потянула своего мужа к себе, в результате чего, оба вояки потеряли части волос и подняли ужасный крик, на который сбежалось полгорода. Не прошло и часа, как «усачи» и «бородачи» выстроились вдоль белой линии напротив друг друга и принялись плеваться, в чём им помогали их жёны, дети и даже одна дрессированная мартышка. Шум и крик стоял дикий, а к концу дня, в обеих частях города, стали повсеместно сооружать баррикады, так как обе стороны были абсолютно уверенны, что их противник немедленно предпримет вылазку. Всю ночь на улицах города горели костры, а вооружённые чем попало горожане, гневно топорща усы и воинственно расправляя бороды, громко распевали патриотические песни. Некоторые горячие головы даже предлагали «на всякий случай» поджечь городскую ратушу, где прятался мэр, но до этого не дошло. К утру, пыл большинства участников противостояния сошёл на нет. Замёрзнув и проголодавшиеся на свежем воздухе, горожане разбредались по кафе, спеша съесть горячий омлет и выпить чашку кофе, и всё снова могло бы кончиться мирно, не прояви мэр города досадную оплошность. Нужно отметить, что он был единственный мужчина в городе, который одновременно носил и усы и бороду, за что, вопреки его ожиданиям, обе стороны считали его предателем. Проведя бессонную и весьма тревожную ночь в ратуше, он, с первыми лучами солнца, послал гонца за подмогой в соседние гарнизоны, по обе стороны границы. Он рассудил так: чтобы успокоить «усачей», мне нужны солдаты усачи, а чтобы урезонить «бородачей», бородачи. Получив сбивчивое послание от мэра, оба гарнизона затрубили подъём, развернули знамёна и, с барабанным боем двинулись с разных сторон к городу, собираясь просто-напросто встать вдоль белой линии, чтобы не допустить взаимных оскорблений. К тому времени, в городе всё почти стихло, а на центральных улицах, где было множество магазинов, баррикады уже разобрали. И «усачи» и «бородачи» всё ещё поглядывали друг на друга косо но, в целом, каждый гордился победой т.к. все были уверены, что этой ночью, они отстояли свою часть города. Напряжение постепенно спадало, когда один из «усачей», увидел с крыши своего дома, что к городу подходят «вражеские силы», в полном боевом облачении, развевающимися флагами и барабанами. В тот же самый момент, один «бородач», увидел нечто подобное, но с другой стороны и тоже решил, что это подмога их врагу. Слух о войсках мгновенно облетел город, и разобранные было баррикады, вновь выросли на всех улицах и площадях, и на этот раз всё было серьёзно. Ещё до подхода солдат, горожане устроили пальбу в воздух, для поддержки своего боевого духа, а когда войска вступили в город, остановить уже никого не было никакой возможности, и над городом заклубился дым от подожжённой-таки ратуши. Видя, что дело пахнет жаренным, мэр спешно сбрил со своего лица всю растительность, переоделся иностранцем и пустился в бега, прихватив часть городской казны. Так, за одни сутки, два огромных королевства оказались на грани войны, которая вскоре и разразилась и продолжалась без малого двести лет. - Какой ужас, – воскликнула Варя. - Совершенно верно, - кивнул папа, – хотя, по правде говоря, эта была очень странная война, в которой не произошло ни одного сражения, не было захвачено ни единого города и не погибло ни единого человека! Обе стороны, настроенные весьма решительно, никак не могли собраться с силами. Проблема была в том, что уход за усами и бородами требовал очень много времени и сил, и заниматься этим в условиях походной жизни было весьма не просто. Только обычному дворянину требовалось с десяток слуг и целая карета набитая всяческими шампунями, щётками, духами и ванночками. Что же касается высшей знати, то их сопровождал целый обоз и армия слуг. Несколько раз, и та и другая стороны, решали провести генеральное сражение. Они долго выбирали место, стараясь, чтобы поблизости была река, для мытья и полоскания волос, чтобы там не было слишком сильного ветра, путающего усы и бороду, чтобы не было кустов, за которые они могли цепляться, чтобы было достаточно тени, чтобы волосы не потускнели на солнце, и, наконец, чтобы там было хорошая дрога, для подвоза всего имущества. Подобрать такое место было трудно. Порой, на это уходили целые годы, а пока, война выражалась в том, что по обе стороны усы и бороды завивали всё более и более воинственно, а тех, кто этого не делал, называли предателем. Высшим проявлением патриотизма у «бородачей» считалось вплетать в свои бороды пёстрые ленты определённых цветов, а у «усачей», вешать на кончики усов маленькие таблички с воинственными высказываниями. Само собой разумеется, и те и другие обязательно носили при себе внушительных размеров сабли, огромные сапоги со шпорами и, вместо простого рукопожатия, отдавали друг другу честь, прикладывая руку к бороде или усам соответственно. Война не миновала и королевский двор. Число шампуней и парикмахеров у каждого короля утроилось т.к. враг мог напасть в любой момент и король должен был быть готов повести за собой народ. Теперь, на уход за бородой или усами, у королей уходило не несколько часов, а весь день. Оба Величества вынуждены были вставать не свет ни заря, чтобы придать своему внешнему виду должную воинственность, а ложились глубокой ночью, ругая войну и вероломного противника, действующего столь коварно и осторожно. Торговля между двумя государствами была запрещена и когда то богатые королевства стали хиреть и угасать, точно цветы без полива. Короли уходили и приходили, форма и цвет усов и бород менялся, но странной войне не было видно конца и края, т.к. никто не желал уступить и признаться, что вся история не стоит выеденного яйца. Так продолжалось без малого два столетия, к концу которых, обе страны настолько усохли, что трудно было поверить, что когда-то давно, они были богатыми и процветающими, а люди в них, весёлыми и счастливыми. Казалось, ещё немного, и оба королевства прекратят своё существование, но, по счастливой случайности, этого не произошло и всё благодаря бродячему цирку, который давал представления в обеих странах, неспешно колеся из города в город, давая незамысловатые представления. Самое смешное, что директором этого цирка, был потомок того самого сбежавшего из города на границе мэра. В цирке было два клоуна, пара уставших пони, старый силач и огромный кот, которого выдавали за рысь. Но гвоздем программы была дрессированная свинка Жужа, которая умела читать, считать и разгадывать карточные фокусы. Выступления Жужи всегда пользовались большим успехом, поэтому, когда однажды выяснилось, что её украли, директор был безутешен. По сути, весь цирк остался без заработка, т.к. Жужа была живой л