— Я знаю. Но в этот раз сделанного достаточно. И не переживай, ты справилась, и свою награду заслужила.
— Дело не только в этом — она поморщилась. Помедлила, и неохотно добавила. — Но хорошо.
Кому-то нравится побеждать, и не нравится проигрывать, хех… Ну, это нормально.
Казалось бы, съездили, потратились, и не смогли занять даже одно из первого десятка мест. Мастер Тао, однако, был вполне доволен — тем более, что школа заняла именно одиннадцатое место. Что в нём такого? То, что оно создаёт чёткое ощущение «могли бы подняться выше, но остановились прямо на краю десятки, позволяя уважаемым людям сохранить лицо». Для небольшой вообще-то школы боевых искусств (не маленькой, нет, но далёкой от вершин) это было вариантом, близким к идеалу: создали нужное впечатление, и не вызвали враждебности.
Не могу сказать, что мне нравилось такое, сдаваться просто чтобы не задеть чьё-то эго, но это «не нравится» я оставлял в глубине души. С практической точки зрения мастер Тао был, безусловно, полностью прав.
В любом случае, на этом представители школы покидали Кяос. А вот мы с Луной задерживались — у нас тут ещё оставались дела.
То, что в командном зачёте «Исток меча» честно проиграли, было лично для меня хорошо: можно было избежать больших трат на лучший ресторан города (или хотя бы второй). Согласно выступлению — награда, так что мы заняли столик в ресторане просто хорошем.
Толика огорчения Луны, впрочем, быстро оказалась забыта — исчезла вместе с едой в тарелках. А ещё, как я и ожидал, даже с таким снижением класса удовлетворение потребностей моей «рабыни» сказалось ощутимым ударом по моему кошельку.
Справедливости ради, я ощущаю любые удары по нему. У купца это одно из самых чувствительных мест, в конце концов.
С завершением турнира алхимики вновь заработали, но на выполнение моего заказа потребуется какое-то время. А вот рабов с утра обещали доставить новую партию, так что стоило проверить. Мне всё ещё нужен повар, в конце концов. Честно говоря, попытки его заполучить превращаются уже в какую-то странную эпопею, словно меня прокляли. Проклятье отсутствия персонального повара… Это было бы самым странным проклятьем в истории Империи. Хе.
— Вы как раз вовремя, молодой господин Цинь. Через час начнутся торги. В качестве компенсации за прошлое недоразумение вы можете успеть просмотреть товар и выбрать что-то.
Я кивнул. Удачно. Хотя мне нужен только повар, для этого не нужно самому смотреть, но — раз уж такая возможность, почему бы и не взглянуть? Несмотря на прожорливость волчицы, кое-какие деньги у меня всё же есть. Если попадётся, к примеру, девица, которую можно будет прокачивать наравне с ней — это удобная возможность. Можно будет списать даже не на удачу, а на то, что моя продвинутая рабыня смогла рассмотреть талант. Очень убедительная отмазка.
Я прошёлся вдоль стоящего за решётками ряда людей и не совсем. В сегодняшнюю партию входила всего дюжина рабов; работорговля в Империи, на самом деле, не полагается на количество. На те работы, где могли бы понадобиться большие количества неквалифицированной рабсилы (намеренная двусмысленность) отправляют обычно преступников-каторжников, а не рабов, и там распределение идёт отдельно. Работорговые дома занимаются как правило более дорогим товаром, обладающим либо ценными навыками, либо хотя бы ценной внешностью. Сюда в основном попадают за долги, но не личные, а перед государством. Обычно без права самовыкупа, но бывают исключения.
В любом случае, из полудюжины рабов в этом зале содержания меня никто не заинтересовал. Одна женщина была приемлемой на первый взгляд, но синие точки возле уголков глаз свидетельствовали об употреблении «Синей грёзы», а наркоманка мне ни к чему. Есть рабовладельцы, контролирующие свою собственность через наркотики вместо ошейников, но это не мой вариант.
Поморщившись, я глянул в сторону двери, ведущей в соседний зал содержания. Проблема, или вернее неприятность, была в том, что я тут встретился с давешним молодым бар… господином, Далай Онги. Ему выделили ту же «компенсацию», что и мне, и мы с ним без слов единогласно разошлись в разные стороны, чтобы не контактировать лишний раз. Пусть в тот раз и решили дело миром, но осадочек остался.
Всё же, не настолько, чтобы пропустить осмотр оставшейся части партии рабов. Так что я, вздохнув, прошёл во вторую залу.
…
…Н-да.
Луна нахмурилась, а я вздохнул. И как же её угораздило-то?
В отдельной клети находилось знакомое лицо. Ну, вернее, обладательница знакомого мне лица.