Или нет?.. Смутно припоминается, что Кануи одобрила, и налила ещё… но не уверен. Вообще остальное до того момента, как проснулся на следующее утро, помнится смутно.
— … Луна, скажи пожалуйста, что мне всё это приснилось — произнёс я, глядя на лежащую рядом женщину.
— Тебе всё это приснилось — послушно произнесла она. У ты моё золото…
— А теперь расскажи, пожалуйста, что произошло со вчерашнего вечера и до этого утра.
— К нам пришла почтенная Кануи Оне и проиграла своё тело.
…Ля.
— Она ещё записку оставила — не чувствуя никакой вины, добила меня Луна.
…Ладно. Буду видеть в этом хорошее: по крайней мере, я выжил. Каким-то образом.
— Где записка?
Луна ткнула пальцем в сторону столика на другом конце спальни.
«На удивление хорошая ночь, не ожидала» — прочитал я написанное неожиданно аккуратным и красивым почерком. — «Я словно даже посвежела и помолодела. Вкусы у тебя, конечно, необычные, но возможно ещё наведаюсь».
Я схватился за лицо, смутно припоминая, как говорил ей комплименты. Не, мне не стыдно, тем более что не врал же, но… Не, я не хочу об этом думать.
Главное — она не заметила эффект конституции… кажется…
Я вздохнул. Ничего сделать уже всё равно не могу. Остаётся только надеяться, и радоваться отсутствию переломов. Или раздавливания.
Моя маленькая победа, блин.
Или большая.
Возвращения, от сердца к сердцу
Как выяснилось, Кануи ещё и забрала с собой коробку с игрой. Впрочем, это можно считать даже плюсом — пусть рекламирует. Конечно, и круги общения у неё спорные, и спиратят, но — не страшно. Не ограбили, выжил без травм, ещё и трахнул старейшину секты… н-да.
…Дурдом.
Может показаться очевидным, но культивация разума — это в первую очередь именно культивация разума. Но не обязательно нечто вроде ментатов Дюны; как раз такой вариант, «живых компьютеров», непопулярен и является уделом специализированных организаций, даже не сект. В норме культивация разума развивает то, что в традиции этого мира называют «мудростью», «праведностью» и «прозрением», и что я назвал бы «психической силой» и «интуицией». Впрочем, мои знания о методах имперских академий, как я уже не раз отмечал, ограничены.
В случае Жанг и его секты было… Интересно. И противоречиво.
Улучив возможность побеседовать с хаоистом о его секте, я узнал парадоксальную вещь: хотя цель его секты — углублять познание мира, их методы — ограничивать знания. На первый взгляд абсурдно, но объяснение лежит в их методе культивации.
Как опять же уже отмечено, культивация разума — это в первую очередь культивация именно разума. Эффект этого именно у хаоистов — интуитивное понимание законов природы, в первую очередь механики и кузнечного дела, и развиваются они, изучая свои ремёсла, осваивая и познавая новое. Можно сказать, что их класс получает опыт, осваивая новые навыки и совершая открытия — совершая самостоятельно, это важно. Получение готовых знаний имеет эффект, но намного меньший, поэтому их стиль обучения — давать основы, и направлять, чтобы ученик доходил до всего сам. Именно этим, а не жлобством или жадностью до секретов объяснялось то, что «старшие» моего работника не поделились с ним нужными техниками. На самом деле, это было даже знаком доверия: они полагали, что он сможет дойти сам, и не хотели рубить ему такую возможность развития.
По сути, для этой секты процесс намного важнее достижения целей. Что несколько уменьшает их ценность в моих глазах. Впрочем, никого получше я всё равно не знаю, так что буду пользоваться тем, что есть.
Главное тут всё равно то, что подбрасываемые мной хаоисту идеи для него являются источником не только работы, но и, гм, экспы. Не прямолинейно, конечно, но по мере того, как у него что-то получалось — ему становилось проще справляться и с другими задачами. Времени в сутках всё равно оставалось столько же, и выносливости его путь культивации не особо добавлял (но таки добавлял, в отличие от тех же лаосистов), но всё же — он развивался.
И развился.
— Вот! — улыбкой бородача, что называется, можно было комнату осветить. — Я освоил эту технику!
Два куска металла в его руках стали одним. Я внимательно изучил результат, попытался согнуть. Ки внутри почти не ощущалась, да и то, что было, по ощущениям рассеивалось; шов был, но слабо заметен.
Я кивнул.
— Отлично. Но прежде чем браться за создание котла высокого давления, убедись в надёжности сварки, то есть сращивания. Взрыв котла — это опасно, а ты слишком ценный работник, чтобы тебя потерять.