К Свете обе относились настороженно и явно недолюбливали. Их раздражала молодость, открытость, живой интерес к профессии. В один из дней к Ольге Петровне заглянула племянница Анастасия, дочка брата.
Свету поразило сходство Ольги Петровны и Анастасии, причем не только внешнее. Разница в возрасте не менее 30 лет, а неухоженность одинаковая. Молодая девушка то ли не хотела, то ли не умела следить за собой. Выглядела Анастасия так, как будто соскочила с кровати, слегка умылась и нацепила на себя то, что с вечера валялось на стуле, прихватив обшарпанную сумку. Причем все это девушку нисколько не смущало, видимо, она просто не считала внешность достойной собственного внимания.
Войдя в ординаторскую, Анастасия поздоровалась в воздух, ни к кому конкретно не обращаясь, и тут же стала обсуждать с Ольгой Петровной семейные проблемы. Имена и ругательные эпитеты к ним сыпались из нее как из полного мешка. То и дело упоминались мерзкая Ленка, противный Виталик, злобная Машка и все в таком роде. Слушать такое никому не хотелось, и спустя пять-семь минут ординаторская опустела. Обсуждения молодых людей Анастасии, испарявшихся как назло один за другим, никто уже не слышал.
Делать замечание Ольге Петровне никто не стал, прекрасно представляя последствия. На любое замечание или даже мнение, отличающееся от собственного, она разражалась тирадой, почти лекцией на полчаса, остановить поток слов невозможно. Каждый обитатель ординаторской предпочитал от такого уклониться. В этот раз даже терпеливая Нина Николаевна не поддержала компанию, ушла в буфет.
Заглянувший в опустевшую ординаторскую Сергей Николаевич мысленно ужаснулся, увидев прибывшее подкрепление говорливой Ольги Петровны, но предпочел тихо ретироваться, как все. Был даже рад, что трещавшая без умолку парочка его не заметила.
Переодеваясь, Света краем глаза увидела какой-то отблеск. Пока она дошла до окна, пространство между зданием и забором оказалось полностью залито огнем. В стеклопакете образовалась трещина, и Света едва успела отскочить, как окно с громким хлопком взорвалось, разметав по ординаторской осколки стекла. Пламя за окном бушевало, пластиковый подоконник чадил едким дымом.
Дальше Света действовала автоматически. В манипуляционной всегда стоит огнетушитель, он-то сейчас и нужен. Она вылетела из ординаторской, плотно закрыв дверь, промчалась по коридору, схватила огнетушитель и понеслась обратно. В коридоре было пусто, как на заказ. Открыв дверь, она увидела, что в ординаторской ничего не горит, пламя снаружи. Порошком из огнетушителя засыпала вначале подоконник, затем землю под окном.
Пламя утихло, и под белым порошком на земле обозначился знакомый контур. Света не поверила своим глазам. Она отошла от окна, вышла из ординаторской и обошла здание, чтобы рассмотреть то, что лежало под окном. Пошевелив порошок, она подняла внешний аккумулятор – плоскую серую коробочку, по сути, большую батарейку. На закопченной поверхности коробочки красовалась надпись «Энергия Кирилла». Этот аккумулятор выбирала сама Света, подбирала шрифт и встречала курьера. Этой безделушкой неделю назад поздравляли с 35-летием завхоза, приятного во всех отношениях мужчину. Стоил аккумулятор недорого, а удовольствие доставил колоссальное. Завхоз Кирилл Петрович, которого за глаза все звали Кирюшей, обожал сетевые игры, и смартфон без конца разряжался. Подарком Кирюша остался доволен чрезвычайно, долго благодарил и радовался, как ребенок.
Света считала виртуальные игры пустой тратой времени и совершенно бессмысленным занятием, но порадовать человека, который поддерживал больничное хозяйство в образцовом состоянии, все равно хотелось. К Кирюше всегда можно было обратиться не только по работе. Он помог ей с сантехникой в съемной квартире, причем совершенно бесплатно и очень быстро.
Если Кирюша устроил поджог не сам, то он точно должен знать того, кто к этому причастен. От понимания этого на душе стало гадко.
Света схватилась было за телефон, чтобы позвонить Игорю, но потом передумала. Нужно идти к главному врачу. То, что доставляют неприятности прицельно ей – это одно. А то, что уже дважды поджог произошел на территории больницы и ко второму случаю как-то причастен завхоз – это совершенно другое. Здесь больные люди, медперсонал, технические сотрудники, их нельзя подвергать опасности.