Я слышала, как шептались девочки на кухне.
Нет, мне надо уходить.
— Ну куда ты убегаешь, глупышка? — грубый мужской голос слегка рокочет и звучит с лёгкой несмешливостью. Будто всё давно решено и кости уже брошены. Итог игры известен. Как ни крути, я проиграла. При любом развитии событий. Либо сердце, либо душу, но одно я навек лишилась, это точно. — Отпустите... Артур Вольфович. Пожалуйста... Я умоляюще тяну последнюю фразу, когда наконец дорываюсь до двери и, хватаясь за ручку, понимаю одну единственную вещь. Заперто. Снаружи. Горечь топит сердце, когда мелькает догадка, кто это мог сделать. Видимо, с друзьями мне по жизни не везёт. Хотя меня предупреждали, когда я только сюда прибыла: «В этом доме все служат только хозяину». Через тонкую ткань форменной рубашки моих лопаток касается горячее дыхание мужчины, крепкие пальцы ложатся на талию, запирая в кольцо мощных рук, пока мужчина упирается лбом между моих лопаток. — Глупенькая, от меня не сбежишь. — Отпустите. Вы женаты. Госпожа Аннет где-то в доме. Как вы можете... Я... Пожалуйста... Не надо. Шепчу испуганно, когда тёплые губы касаются шеи. Нет, нет, нет... Только не это. Мурашки предательски бегут по коже, и я с трудом сдерживаю в груди стон, приподнимаясь на цыпочки ради желанной порции ласки.
Я как котёнок, которого все пинали, и сейчас кто-то погладил. Поделился лаской. Ничего не могу с собой поделать. Хоть разумом и понимаю, что это неправильно! Нет!
— Моя... моя... Только моя... — шепчет он нежно, продолжая водить губами по шее, поднимаясь по скулам. Опаляя своим жаром и властью.
Я не могу сопротивляться, и слёзы стекают с подбородка на дорогой восточный ковёр на полу. Всё это напрасно. Я попала в лапы волка, и живой мне отсюда не выбраться. Только с разбитым сердцем и ошметками гордости.
— Ну что ты плачешь, радость моя? — он так натурально удивляется, поворачивая к себе лицом и стирая большим пальцем дорожки слез с щёк.
— Не надо слез, маленькая моя. Я же не обижу, не бойся. Никто не обидит, я просто их уничтожу.
И властно притягивает к себе, чуть не вжимая в своё крепкое тело.
— А вы? — мне не хватает мужества, дабы посмотреть в его глаза. — Вы обидите?
— Никогда... маленькая, — я чувствую, как моя рубашка с треском разрывается на две части, в противовес его словам. И слёзы вновь падают солёными ручьями с глаз.
— Я не хочу... пожалуйста. Я не хочу так... С женатым... с начальником... с богатым... Не хочу насильно. Умоляю... Я хочу по любви... пожалуйста, Артур...
— Любовь? — он тяжело дышит и резко хватает меня за подбородок, заставляя смотреть в его глаза, потемневшие от желания. — Я дурею от твоего запаха, из всех голосов в этом доме слышу только твой! Как чертов наркоман вынюхиваю шелковые салфетки, которых касалась твоя рука! Мечтаю о тебе ночами, как малолетний волчонок! Что это, Рада? Объясни мне, как это называется?!
Всхлип срывается с губ, и я полностью потерялась в этом признании, просто таю в его руках.
— Ах, в бездну всё! — бросает гневно он и жадно прижимает свои губы к моим.
Земля уходит из-под ног, кислород покидает лёгкие, а мозги — черепную коробку, вплоть до того, как моего сознания касается до боли знакомый язвительный женский голос.
— Ну здравствуй, муженек.
Мы оба замерли.
— Оу, я помешала? — Госпожа Аннет очень красивая и эффектная волчица сидела напротив нас.
Чистокровная из сильного рода. Она излучает уверенность в себя, точно зная себе цену и как вести себя в подобных ситуациях. В отличие от меня.
Меня обжигает стыд, и я тут же отпускаю взгляд, сделав шаг назад, как жалкая бродяжка.
Хотя так оно и есть. Отпускаю взгляд на свои покрасневшие и опухшие от тяжелого физического труда руки. Краем глаз подмечаю длинные пальцы девушки с ухоженными ногтями, покрытые ярко-желтым лаком.
В облегающем золотистом платье до середины бедра и кожанке поверх она выглядит как дорогая кукла Барби. Лада, да как я могу нас сравнивать?! Ее педикюр выглядит в сто раз лучше, чем ногти моих рук!
Мне хочется отсюда сбежать. Испариться. Избавиться от этого клейма шлюхи, что читается в голубых глазах напротив. Хоть я ничего такого не делала и вообще не знала, что Арт...ур женат.
Делаю шаг назад, но широкая ладонь мужчины прижимает меня к месту, опустившись на моё плечо.
— Что ты тут делаешь, Аннет?
Его голос холоднее северных ветров. Но волчица не тушуется под прямым взглядом пльфы. Наоборот, растягивает губы в подобие улыбки.