—Ну и что это было, м? Блондинка обнаружилась на подоконнике, обняв свои колени, Рада с пустым взглядом рассматривала пейзаж за окном.
— Я не голодна, - пожала она плечами, даже не удостоив меня взглядом. Альфа внутри меня злобно оскалился.
— Черт возьми, Рада, объясни, что происходит?! Рявкнул я, теряя контроль. Она даже не вздрогнула и снова не взглянула, лишь шепнула. — Ничего не происходит, альфа.
Меня сорвало. Просто напрочь. Эта пытка меня губило все это время. Я будто владел ею , но не получал её даже в постели. Это бесило. Это не та Отрада, что обсуждала сомной поэзию под дождем , не та Рада , что смеялась и делилась теплом, не та...
Преодалев растояние между нами в два шага, я схватил ее за руку дернув на себя. Она буквально ухнула мне на грудь. Усталось ослабила мой самоконтроль , и волк заговорил вместо меня.
—Чего тебе не хватает, дрянная девчонка?! Чего?! Я отдал тебе все! Титул , цацки, защиту...вытащил из грязной кухни! Тебе всего лишь надо согревать мою постель! Всего лишь снять мое напрежение. А что делаешь ты? Ты мне должна как пара, черти тебя разнеси!
Злоба забушевала в ее глаза, она гневно поджала губы и четко отчеканяла.
— Я не просила всего этого... Не просила доставать меня с кухни.
Хриплый, злобный смех сорвался с моих губ. Я сжал ее локоть сильнее, нависая сверху.
— Ты пришла ко мне сама, как самая настоящая сучка приходит и жалобно скулит перед самцом. О, как ты меня умоляла взять тебя! Теперь ты моя. Это было твое решение! Поняла? Ты МОЯ! Только моя!
Она замолкла, кожа резко побледнела, и столько боли затаилось в этих больших глазах, что даже волк удивленно замер внутри.
Она покорно опустила голову и не сказала больше ни слова. Только я по-прежнему был на взводе.
— Не хочешь ужинать, что ж, тогда я найду себе компанию. А ты сиди здесь и думай. О своем поведении и как будешь просить прощения. Не заставляй тебя наказывать, Отрада!
Отпустив ее руку, я стремительно умчался прочь.
Прокричав подбежавшему Джону:
— Заприте дверь и до завтрашнего вечера никакой еды. Раз ваша Луна не желает есть.
Злость кипела в крови, рявкнул на попытавшегося возразить управляющего и, плюнув на дорогой костюм и собственные правила, обернулся волком и, разбив окно, вырвался в чащу на свободу.
Не жалея лап, я бежал, куда глаза глядят. Ночной лес встретил меня как родного сына. Он успокаивал тихим журчанием воды подземных родников, шелестом крон деревьев и мягкой прохладой.
Постепенно выдохнувшись, я остывал. С энергией уходила и злость. Разум начал проясняться. Узрев лазурное озеро впереди, я с разбегу прыгнул в ледяную воду. А вынырнул оттуда уже человеком.
Пробираясь на берег, устало лег на рыхлый песок и взглянул в ночное небо.
Как красиво. Сегодняшняя ночь до неприличия звездная. Так и тянет помечтать. Рада бы оценила.
Отрада.
Она же совсем ребенок. Молодая, неопытная. Не пойми как жила и с кем, раз оказалась в моем доме прислугой. Участь полукровок в большинстве наших земель не сахар.
Вероятно, она напугана. Новости и перемены захлестнули ее потоком ледяной воды.
Сначала моя ложь, потом резкий переход с прислуги на роль моей пары. Вероятно, она запуталась, вот и капризничает. Требует моего внимания. Ее еще надо воспитывать. Но не кнутом, как я сегодня, а пряником. Мягко подсказать, научить. Выслушать и говорить.
А я на нее наорал, еще и запер на голодовку. Черт, то ли старею, и нервы не к черту! То ли гормоны шалят.
Так или иначе, все надо исправлять.
Она моя пара, мой дар. Кто сказал, что будет легко? Вот Арчи свою зазнобу утихомирил лишь бриллиантами и островами, может, и мне свозить туда Раду?
Хотя нет, она у меня по-домашнему что ли. Тут, наверное, театр надо, или книжный магазин.
Черт, а график и так заполнен под завязку. Надо что-то придумать. Поднапрячь Кевина и Адама.
Все решив для себя и мысленно набросив план действий, я обернулся волком и отправился обратно в усадьбу. Неспешно, все тщательно обдумывая.
Нет, Радку все-таки до утра оставлю без ужина. Нервишки она мне потрепала.
Возвращаясь на территорию усадьбы, я совершенно не ожидал, что входная дверь вылетит с петлей вместе с Адамом. Через образовавшуюся щель размером с огромного оборотня вышел злой, как тысячу чертей, Поли.
Медведь источал гнев всем своим видом. Охрана из всего дома направилась к ним, но не спешила вмешаться. Медведь был не в себе.