— Вернись! — закричала я ему в безразличное ухо. — Вернись! Я не могу одна! Ты не мог так поступить! ВЕРНИСЬ!
Но он не вернулся. Он улетел туда, откуда не возвращаются. И оставил меня здесь одну.
Дальше — кадры, как в разбитом зеркале. Мигающие синие огни. Люди в форме. Вопросы, на которые я не могла ответить. Его родители в морге. Его мать — у нее было перекошенное, непонимающее лицо:
— Как? — спросила она меня, и в ее глазах не было горе, лишь растерянность. — Как это произошло? Он же… он же в последнее время был спокойнее.
Я не ответила. Я не могла. Во мне всё кричало.
Похороны. Серое небо. Серые лица. Гроб.
Его отец, сжавший мою руку так, что кости хрустнули.
— Он был хорошим мальчиком, — глухо сказал он. — Просто… сложным. Мы не всегда его понимали.
И тогда что-то внутри меня порвалось. Огненная волна ярости сожгла всё — и горе, и отчаяние, и любовь. Осталась только чистая, обжигающая ненависть.
— Хорошим? — мой голос прозвучал хрипло и незнакомо. Я вырвала руку. — ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЧТО ЭТО МЕНЯЕТ? ВЫ ЕГО УБИЛИ! СВОИМ РАВНОДУШИЕМ! СВОИМИ УПРЕКАМИ! ВЫ ЗАСТАВИЛИ ЕГО НЕНАВИДЕТЬ СЕБЯ! ОН РЕЗАЛ СЕБЯ, А ВЫ ГОВОРИЛИ ЕМУ ВЗЯТЬ СЕБЯ В РУКИ! ОН УМИРАЛ У ВАС НА ГЛАЗАХ, А ВЫ ДЕЛАЛИ ВИД, ЧТО НИЧЕГО НЕ ПРОИСХОДИТ!
На меня набросились, стали уводить. Я вырывалась, кричала им в лица, плевала на их притворные, фальшивые слезы.
— ВЫ ВИНОВАТЫ! ВЫ! И Я ВИНОВАТА! МЫ ВСЕ ЕГО УБИЛИ!
Меня отвели. Гроб опустили в землю. Звук первой горсти земли на крышке гроба был самым ужасным звуком на свете.
После этого я дала себе слово. Я завязала. Выбросила всё. Вымыла комнату, пытаясь смыть его запах, его память. Я пыталась жить. Ходила на работу, говорила «здраствуйте» и «спасибо». Но я была пустой скорлупой. Он был моей болью, моим наркотиком, смыслом моего существования. Без него не было ничего.
Комната стала камерой пыток. Его свитер на стуле. Его зажигалка на полке. Его браслет на столе. Его призрак в каждом углу. Я не спала ночами, прислушиваясь к тишине, в которой больше не было его дыхания.
Однажды утром я проснулась и поняла, что больше не могу. Решение пришло внезапно, и оно принесло с собой невиданное спокойствие. Всё стало на свои места.
Я надела его старый свитер. Взяла с полки на кухне небольшой острый нож. Он прохладный и тяжелый в моей руке.
Я пошла по знакомой дороге. Кладбище было пустынно. Ветер играл увядшими цветами на свежей могиле.
Я опустилась на колени на влажную, холодную землю. Я положила ладонь на камень, где было высечено его имя.
— Я не смогла, — прошептала я. — Я не смогла жить без тебя в этом аду. Ты нашел свой покой. Дай и мне его найти.
Я запрокинула голову, обнажив горло. Жест полной капитуляции. Жест абсолютной любви.
— Я иду к тебе.
Легкое движение. Острый, жгучий укус. Теплая влага хлынула на шею, заливая свитер. Мир не потемнел. Он, наоборот, стал ярким. Я почувствовала легкость, какой не было никогда.
И в последний миг, перед тем как тьма накрыла меня с головой, я увидела его. Он стоял и улыбался, простирая ко мне руки. Я никогда не видела его таким счастливым. Его лицо сияло. И на его запястьях не было ни единого шрама. Ни одной чёрточки той невыносимой боли, что он носил на себе как клеймо. Вся его земная история была стёрта, оставив лишь суть — прекрасную, целую, исцелённую душу. И это зрелище — это доказательство его окончательного освобождения — было таким пронзительным, таким прекрасным, что даже ледяное безразличие небытия не смогло бы устоять. Это был не крик отчаяния, а тихий, окончательный ответ на все мучительные вопросы. Он обрёл покой. И теперь, наконец, и я могла.,
Тишина. Покой. И этот утомляющий холод.
Wind Chimes
The chimes sing a lullaby of rust and bone,
I see their hungry eyes,I am not alone.
They crawl from the cracks to defile the light,
I must save her purity with this sacred knife.
A brother's love is a final, crimson prayer,
The only true protection from this world's despair.
I am the sculptor of her silent grace,
Cleansing the canvas of her perfect face.
The wind chimes fall. Silent. At last.
От автора
Сюжет к третьей новелле был выбран через голосование в телеграм канале Sora Ni, сюжет набрал 38% голосов. На втором месте сюжет новеллы Забвенные Воды (23%), а так же Шарманщик (15%). Во время написания новеллы, автор испытал невероятную истерику.
На обложке размещена улица города Могилёва.
Плейлист к новелле должен собирать в себе любовные но тяжёлые песни, по этому в плейлист пошли: