- Готовы? - спросил Келп.
- Подожди минутку, - отозвался Дортмундер и сказал Тому: - А ну-ка посвети вокруг. Куда девался конец доски?
- Вот он, - ответил Том, стоя у конца трапа и освещая его фонариком.
Дортмундер подошел к нему, и они вдвоем принялись подтягивать конец тяжеленного щита к рельсам, приподнимая его, раскачивая и роняя, пока наконец Дортмундер не заметил, что большая часть работы приходится на его долю, поскольку он взялся за трап обеими руками, а Том - лишь одной.
- Берись двумя руками, Том, - сказал он.
- Как же мне держать фонарь?
- Возьми его в зубы.
- Ничего не выйдет, Эл.
- Что вы там застряли? - крикнул из грузовика Тайни.
- Дай-ка мне фонарь, - велел Дортмундер.
Том неохотно подчинился. Дортмундер сунул фонарь в рот и сжал зубами. Теперь он направлял луч света движением головы.
- Фонял? - объяснил он Тому. - Фот тах.
- Как скажешь, Эл, - отозвался Том.
Работать в четыре руки оказались несколько легче, и в конце концов Келп крикнул:
- Пошел! Пошел!
Дортмундер и Том в последний раз приподняли щит и, уложив его на рельсы, вернулись к шлагбауму.
Шарнирное сочленение, удерживающее второй, более короткий щит, легло на шлагбаум, и дальний конец изогнутого трапа оказался на полу фургона. Келп и Тайни уже вытаскивали второй трап. С ним управились быстрее. Видимо, участники предприятия приобрели надлежащую сноровку.
Теперь наступила очередь автомобиля. Из кузова фургона донеслось сопение Келпа (Тайни был нем, словно рыба), затем показалось безносое и безглазое рыло зеленого "хорнета", полуспущенные шины которого хлюпали по доскам. Тайни и Келп толкали его сзади.
Обезображенный автомобиль проехал по доскам и шарнирам, скрипя шинами. Тайни и Келп подталкивали его и похлопывали по бокам, словно цирковые служители, помогающие слонихе разрешиться от бремени. Как только передние колеса коснулись рельсов, мягкая резина тут же приняла форму металла, обволакивая его и удерживая колеса на месте; задние еще катились по доскам. Наконец "хорнет" съехал на рельсы и остановился, пройдя по инерции с десяток футов.
Трапы сделали свое дело, и надобность в них отпала. Их вытолкнули из фургона и уложили за шлагбаумом на землю вдоль путей. Наконец из фургона в "хорнет" перенесли оставшееся снаряжение: гидрокостюмы, баллоны, мусорные мешки с шариками для пинг-понга, лебедку, веревку, лопаты, шесты (чтобы отталкиваться ими), ножницы по металлу и все прочее.
Когда с этим было покончено, Келп и Стэн расселись по своим автомобилям и умчались прочь, чтобы избавиться от фургона, который был слишком велик, чтобы его прятать, и в любом случае больше был не нужен. Затем Келп должен был привезти Стэна обратно и укрыть "кадиллак" на выбранном заранее близлежащем проселке.
Тем временем Тайни, Дортмундер и Том принялись толкать "хорнет" по железнодорожному пути. Сначала они думали, что кому-то из них придется сидеть за рулем, но надобность в этом отпала ввиду мягкости шин; автомобиль катился по рельсам, а свисавшая по их бокам резина не давала машине сойти с путей. С другой стороны, полуспущенные шины увеличивали силу трения, отчего толкать "хорнет" стало намного тяжелее, и скорость передвижения была весьма невелика.
Кабы не так тяжело было катить машину, то это мероприятие вполне сошло бы за обычную прогулку по железнодорожной насыпи в лесу под звездами, сиявшими над вершинами деревьев в черных глубинах чистого, ничем не замутненного вдали от города неба. Фонарики выхватывали из темноты обступившие рельсы деревья и кусты, проделывали в темном лесу светлые туннели. Весенняя молодая листва поблескивала акварельными тонами. Теперь, в два часа ночи, лес был особенно тих и спокоен, и безмолвие нарушало только шуршание подошв по гравию и раздававшиеся время от времени замечания: "Сукин сын!", "Ублюдок чертов!" и тому подобное.
Келп и Стэн вернулись в тот самый миг, когда троица с автомобилем оказалась у изгороди, отмечавшей границу территории водохранилища. Тайни как раз собирался проделать в ней огромную брешь.
- Все в порядке, - доложил Келп.
- Не каркай раньше времени! - одернул его Дортмундер.
- Но ведь это твой план, Джон, - заметил Келп. - Неужели что-то может сорваться?
В ответ Дортмундер издал стон.
Боб осветил фонариком навесной замок, запиравший шлагбаум на ведущем к озеру проселке. Как и следовало ожидать, его не тронули. Такое было лишь однажды и больше не повторялось. Теперь Бобу приходилось еженощно дважды проверять каждый замок на каждом подъезде к водохранилищу, и это было подлой местью за его ошибку в оценке происшествия, случившегося в ту памятную ночь.
В ту памятную ночь. Конечно, это было никакое не водяное чудище, а всего лишь обычный нарушитель. Кому и зачем потребовалось проникать на территорию водохранилища? Это совершенно бессмысленно, и тем не менее кто-то это сделал. Об этом неопровержимо свидетельствовали обнаруженные наутро взломанный замок и след тяжелого грузовика, спускавшегося к самому берегу озера.
На горе Боба нарушители выбрали тот самый момент, когда он злился из-за возвращения на работу после медового месяца, и его реакция на увиденное оказалась чересчур эмоциональной. Воспаленное воображение заставило парня увидеть в обычном аквалангисте... морское чудовище.
За последний месяц Боб подробно обсудил этот случай с психоаналитиком, и в конце концов ему стало казаться, что страшное потрясение, пережитое им апрельской ночью, было благословением Божьим, правда, полученным в несколько необычной форме. Потрясение и привело его к доктору Манфреду, которому удалось оказать совершенно неоценимое влияние на дальнейшую судьбу Боба.
После памятного происшествия Боб словно с цепи сорвался. Все началось с того, что в ту самую ночь он, навсегда покинув работу, свой дом и жену, не смог найти журнал "Солдат удачи". Без этого журнала его планы стать матерым волком, наемником в прекрасных дальних странах, не стоили выеденного яйца, посему Боб взял две упаковки пива и всю ночь в одиночестве бродил по окрестным холмам, вглядываясь в озеро и дожидаясь возвращения чудовища.