– Мне не нужна полиция, – огрызнулся Ал. – Мне нужно на минус первый. Если вам не велели никого пускать, позовите кого-нибудь. Это срочно.
Девушка с сомнением покосилась на пустой коридор, потом на свой рабочий телефон на столе. Алу захотелось встряхнуть ее. Как она не понимает? Почему не может ускориться хоть на секунду? Затем, наконец, она обернулась и, даже не встав со стула, открыла дверь прямо за собой. Та не была скрытой, но сливалась с окружением, и, если бы ее не открыли у Ала на глазах, он бы не обратил на проход внимания. Девушка негромко кого-то окликнула, и из-за двери показался довольно молодой, но крупного телосложения парень с серьезным лицом.
– Мне нужно на минус первый этаж, – чересчур громко выпалил Ал.
– Говорит, ему нужно вниз, – одновременно с ним сказала дежурная медсестра. – Но мне сказали никого не пускать, даже не предупреждать вас. А еще сказали, что никто не придет, но вот. Он же совсем маленький. А еще…
– Пароль, – не стал слушать ее дальнейшие разглагольствования мужчина.
Ал не сразу понял, что обращаются к нему, а когда понял, чуть не спросил: «Какой пароль?».
– Г… гиена? – предпринял попытку Ал.
Либо мужчина его не расслышал, либо это был правильный пароль, но он развернулся и вернулся в то помещение, откуда вышел. Приняв это за молчаливое приглашение, Ал поспешил обогнуть стойку ресепшна и пройти за ним мимо медсестры.
– Надеюсь, больше никто не придет, – немного несмело пробубнила она им в след.
Дверь, сливающаяся со стеной, закрылась, и Ал оказался в полнейшей темноте. Не успел он испугаться, как в конце помещения, оказавшимся коротеньким коридором, загорелась красная лампочка над какой-то кнопкой, и парень услышал шум тросов лифта. Запирать себя в маленьком помещении с незнакомцем было глупо, но мужчина лишь нажал на кнопку минус первого, парень заметил, что у него не было указательного пальца, и даже не посмотрел на Ала, когда тот вышел на этаже ниже.
Сам «консьерж» за ним не пошел. На миг Ал подумал, что его провели в какой-то подпольный бар, только запах спирта, медицинского, а не такого, как в алкоголе, оповестил об обратном. Этот коридор был освещен лучше – горело сразу несколько бьющих по глазам ламп, но потолки оказались ниже, стены – темнее и более потрепаны, окна в комнаты – грязнее. А еще этот коридор был пуст полностью. Ал потоптался у входа, потом неуверенно двинулся вперед, чувствуя себя героем фильма ужасов. Сейчас из-за угла, а их было много – комнаты по бокам открыты, как и узкие коридорчики, ветвями уходившие от главного, выскочит монстр. На миг Алу правда показалось, что на него выпрыгнуло чудовище, разве что не из-за угла, а из двойной с грохотом распахнувшейся двери в конце коридора. Однако, когда он, она приблизилась, мальчик понял, что это всего лишь женщина. Что ж, увидеть темнокожего человека в подвале японской больницы было так же необычно, как встретить монстра. Женщина целенаправленно смотрела в конец коридора, на лифт, видимо услышав, как тот приехал, но потом перевела взгляд на ошарашенного Ала, и нахмурилась.
– Это что еще… – начала она на английском, а потом перевела взгляд с лица на его тело, и ее глаза округлились.
Ал только сейчас понял, в чем дело – все ладони у него были в запекшейся крови, ощущать которую он перестал, толстовка в следах от его грязных ладоней.
– Это не моя кровь, – произнес он и почувствовал ее вкус на языке. Вся суть произошедшего вновь обрушилась на него, словно он на время обо всем забыл. – Там мужчину ранили. Может, он уже умер.
Ал постарался вдохнуть как можно ровнее, поняв, что голос дрожит, а женщина стала выглядеть уже более обеспокоенной, чем рассерженной.
– Насколько сильно и где?
Ал неопределенно указал пальцем себе за спину.
– У храма, напротив храма в деревьях. Там кладбище…
Она его не дослушала, развернулась и пошагала обратно в комнату, из которой пришла. Ал поплелся за ней.
– Куда его ранили и чем? – спросила она, копаясь в сумке на тумбочке у входа.
– Ножом, – Ал дернул плечом. – У него рана в боку, слева. Его лево.
Женщина обернулась и прошла мимо него, чтобы взять что-то еще.
– Нож все еще в ране?
– Нет, – ответил Ал, а потом добавил: – До меня еще вытащили.