– Ты правда думаешь, что мы проиграли? – спросил он, передав полотенце Алу.
– А как еще?
– Сними толстовку, она вся грязная.
Пока Ал выполнял поручение, Карл произнес:
– Несмотря на состояние Клиффорда, никто не погиб. А я предпочитаю доверять своему врачу, – Мужчина встал, словно собрался направиться к этому врачу прямо сейчас, и перевел взгляд на Ала. – И тебя не поймали. Да, мы никого не остановили, но еще одна главная наша цель, помимо плана – выжить. Мертвому тебе никакие возвышенные цели не нужны. Поэтому делать дело приходится медленно, постепенно. Как и нашему врагу. Тут никто не выиграл, Саш.
Перед тем, как направиться к двери, Карл стянул с себя кофту, оставшись в одной рубашке, и протянул ее Алу, который уже продрог в футболке. Тот помедлил, но взял ее в руки.
– Значит, вы знали, что ловили меня? – спросил Ал, встав следом, но к двери вслед за Карлом не направился. – О плане, о том, что я был приманкой.
Тот развернулся и снова наклонил голову, изучая парня взглядом.
– Сегодня ловили Клиффорда. Никто не мог приблизиться к тебе, пока ты был под защитой. Поэтому завидев одного из твоей охраны в одиночестве, враги сделали целью его.
– А не меня, – закончил Ал. – Вы мне соврали.
Карл не стал отрицать.
– И вы знали, что Клиффорд решил при помощи меня выманить шпиона, – правда становилась на места медленно, постепенно. – Вы дали ему это задание и велели не сообщать мне о том, что инициатор – вы.
Карл не ответил и на это.
– Сегодня я не был в опасности с самого начала, да? С начала и до конца их целью был Клиффорд.
Карл смотрел на него еще несколько секунд.
– Я не стану подвергать такой опасности ребенка. Ребенка твоего отца. Да любого ребенка. Мои люди – это другое. Клиффорд не должен был остаться один, здесь я правда облажался. Но каждый из моих людей, и я тоже, подвергали себя опасности не раз, и все готовы оказаться в ней вновь. Жестоко, но жестокость из мира не убрать. Но, что бы ты обо мне теперь ни думал, я сделаю все, чтобы сберечь нас всех.
Ал хотел поднять вопрос о доверии, но тут внезапно в голову ударила другая мысль. А плохо ли то, что его использовали? Клиффорд жив, и пусть они не поймали шпиона, выяснили то, что собирались изначально – их личности. Мэг, тот большой силуэт наверняка был верзилой с лестницы в мэрии, а худой и высокий…
– Дядя Карл, – окликнул Ал, не заметив, как тот уже скрылся в коридоре, – те, кто напали на Клиффорда…
Он догнал Карла в коридоре, пока тот открывал одну из немногих запертых дверей и осекся. Сперва он увидел копну рыжих волос, раскиданных по подушке, потом уже с осознанием того, кто на ней лежит, перевел взгляд на Клиффорда. Если минуту назад Ал думал, что все не так уж плохо, раз никто не умер, теперь убедился в противоположном. Лицо Клиффорда было намного бледнее, чем на улице, словно вместе с кровью с каждой минутой отходила и жизнь. Глаза были закрыты, и Ал был этому рад. Снова увидеть ту безжизненную зелень, не такую, как трава под ним, а сливающуюся с серыми белками, он не хотел. Клиффорд был накрыт одеялом, сквозь которое его ранение видно не было. Уже то, что кровь не просачивалась сквозь белую больничную ткань приносило облегчение.
Над Клиффордом сидела женщина, Бронна. Из медицинского оборудования на ней были лишь перчатки и налобный фонарик как у зубного, приподнятый на кудрявую макушку. Завидев их в дверях, Бронна поднялась со стула, скинув фонарь с головы и стянув перчатки, пробормотала что-то насчет посторонних в палате, и обошла кровать Клиффорда, направившись к ним. Ал думал, что она подойдет к Карлу, но женщина приблизилась к нему, причем почти вплотную.
– Я так тебя и не осмотрела, – произнесла она довольно тихо, но сварливо, снова взяв его за подбородок и покрутив голову в разные стороны.
– Я в порядке, – Ал вырвался из ее хватки. – Как Клиффорд?
Бронна проигнорировала его и прошла к тумбочке за кроватью больного.
– Садись, – она указала на соседнюю не застеленную постельным койку.
Ал послушался, но когда пружины скрипнули под ним, повторил вопрос:
– Он выкарабкается?
Бронна достала аптечку, нормальную, а не ту, которую она брала, когда шла искать Клиффорда и взяла его за руки. Убедившись в том, что царапин и синяков нет, бросила: