– Надевай. Не хватало еще тебя застудить.
Ал уставился на кофту Карла, но вместо того, чтобы надеть ее, повысил голос:
– Как…
– Саша, – прервал его Карл. – Не кричи в палате больного.
Ал хотел было спросить, стоит ли ему выйти, чтобы покричать, когда Бронна все же обратила на него внимание, подошла, наклонилась и хмуро начала:
– Послушай, малыш…
– Бронна, – обратился Карл уже к ней.
Женщина закатила глаза, но выпрямилась и указала на кофту Карла. Ал натянул ее, закатал рукава, чтобы не висели, и вперил в нее выжидающий взгляд.
– У него возможно ранение желчного и пузырного протока, сегменты долей не затронуты – это хорошо, но глубина раны больше трех сантиметров…
Поняв, что Ал ничего не понимает, Бронна посмотрела на него, как на тупого дилетанта.
«Она издевается или не понимает, что говорит с тринадцатилетним не хирургом?» – про себя подумал Ал.
– Для того, чтобы он оставался жив и был ходящим и все так же много говорящим мне нужно нормальное оборудование, а не подвал старческой психушки, – обратилась она уже к Карлу.
– Дома престарелых, – поправил тот.
Ал все же проникся уважением к Бронне. Имея при себе набор лишь для оказания первой медицинской помощи она смогла буквально вытащить Клиффорда с того света. Но все-таки слишком уж просто они с Карлом говорили об умирающем товарище. С другой стороны, похоронной атмосферы в палате Ал бы не выдержал, да и тяжелые взгляды взрослых свидетельствовали о серьезности ситуации.
– А чтобы и он не исчерпал свой запас удачи, – Бронна ткнула в Ала пальцем. – Пусть возвращается с тобой в Америку.
Ала обдало жаром от такого предложения. Он не хотел. К его удивлению, Карл его поддержал.
– Здесь он хотя бы под присмотром.
– Чьим? При всем уважении, Карл, стоит Бэну начать чистить ствол и случайно выстрелить, кто будет вытирать мозги десятилетки с пола?
Ал открыл рот, но так и не смог понять, какие эмоции насчет этого высказывания испытывает.
– Это значит, что Бэну не стоит палить в молоко, – спокойно ответил Карл.
– Мы не можем все время здесь оставаться, мы не няньки, – продолжила Бронна. – Ты сам только вернулся сюда и не сможешь до бесконечности мотаться из страны в страну. Возьмите с Кольтом мальчишку к себе и посадите к Максу с Тони.
– Кому? – не понял Ал. Таких имен он еще не слышал.
– Я предоставлю оборудование и помещение, чтобы ты смогла работать, как только Клиффорда станет безопасно перевозить, – произнес Карл.
Бронна отвернулась от него и закрыла аптечку.
– Просто переведешь тему?
– Это напрямую относится и к Алексу, – отозвался Карл, доставая телефон. – Когда его станет безопасно перевозить, я это сделаю.
Ал открыл рот, чтобы напомнить, что они забыли спросить о его будущем у него, но слова застряли в горле. Что на это сказал бы отец? Но не это оставляло какой-то отвратительный след абсолютной безнадеги где-то в груди, а осознание того, что взрослые правы. Если ему нужна защита, то придется вернуться в штаты, уехать из этой чертовой страны.
Карл вышел, Ал, не зная, что ему делать, встал, но Бронна его остановила.
– Нет-нет-нет. Сядь.
Она повернулась спиной, видимо проверяя повязки Клиффорда, а затем присела лицом к Алу на краешек койки.
– Ты вытащил нож из его раны? – спросила она.
– Нет, – Ал испугался, что сейчас его будут ругать. – Этого ведь нельзя делать, так?
– Так, – спокойно кивнула Бронна. – А теперь слушай и запоминай. Если увидишь, что из кого-то торчит нож, звонишь не в скорую, а мне. Номер я тебе записала.
Бронна кинула ему на колени его мобильник, до Ала только тут дошло, что он забыл его там у храма.
– А нож не вытаскивай, какой страшной не была бы картина. Если его уже нет, человека нужно положить в горизонтальное положение или на здоровый бок. Под голову – кусок ткани или руку больного. Ноги слегка согнуть в коленях. Затем осмотреть рану, а именно кровотечение. Оно может быть артериальным, венозным или капиллярным. Повтори, и я продолжу.
– Я запомнил, – ответил Ал. – Можете продолжать.