Ал ждал продолжения с тусклым интересом и таким же желанием продолжить спор, но его не последовало. Он вновь украдкой взглянул на Мэрилин, но та внимательно следила за дорогой. Только когда Ал отвернулся обратно к окну, чтобы тупо пялиться на мелькающие за ним деревья, она вновь заговорила.
– Ты прав. Я не сдержана. Когда я только попала к Карлу, обычной секретаршей в левую компанию предпринимателя с желанием стать журналисткой, моя подруга, с которой мы работали говорила, что моя несдержанность, длинный язык и любопытство меня погубят. Не отрицаю, это правда доставляло проблем, и я, не будь дурой, ее послушала. Перестала лезть в сплетни о начальнике, оставалась дома или варила кофе. В один из моментов, когда я мирно сидела на месте, подавив любопытство к заварушке на работе, мою подругу там убили.
Ал моргнул, не ожидав такой концовки. В начале рассказа он подумал, что оказался в какой-нибудь тупой сцене из фильма, где герои внезапно начинают ловить флешбэки, но ничего тупого в словах Мэрилин не было.
– Сочувствую, – бросил он и почувствовал неловкость. Вот это стандартное слово звучало тупо.
– Я сдержала себя, и кому это помогло? А сейчас Клиф хотя бы жив. Потому что мы с тобой успели.
Мэрилин остановила машину в некотором отдалении от отеля, а у Ала на один краткий миг вина отошла на второй план и в груди шевельнулась какая-то надежда и понимание Мэрилин. А потом он заглянул ей в глаза. Заметив то, что он видит, как она едва ли не скорчилась от боли, Мэрилин развернулась к нему.
– Поэтому я не буду просить тебя не винить кого-то из нас.
До него только сейчас дошло, почему Мэрилин бросилась сегодня к ним с Клиффордом, а не продолжила выполнять задание.
Ал кивнул, надеясь, что это выглядело ободряюще, и вышел из машины. Солнце начало светить ярче, и в висящей мешком кофте Карла надобность пропала. Ал не стал тратить время на то, чтобы посмотреть его в телефоне и поспешил к отелю. Зашел через ту дверь, где находился заезд для колясок, повезло, что она вообще была открыта, поднялся на второй этаж и прислушался. Голоса постояльцев уже разносились по зданию, но Ал не был уверен, кому конкретно понадобился ранний подъем. Дверь в его номер оказалась заперта. Он только тут вспомнил, что и он, и его одноклассники забыли запереть ее на ночь. Но раз она заперта сейчас, они уже вышли. Может, ему удастся сделать вид, что он встал раньше? Ал старался убедить себя в том, что получить нагоняй от учителей не так страшно, как все то, что он уже пережил сегодня утром, но спускался вниз все равно на ватных ногах.
Его класс стоял в фойе первого этажа. Ал надеялся, что ему удастся незаметно подойти к ним, но эта надежда испарилась уже через секунду, когда взгляды тридцати человек обратились на него. На удивление, ему удалось изобразить легкое недоумение и с таким видом спуститься по лестнице.
– В чем дело? – спросил он у стоящих ближе к нему одноклассников.
Ответить ему не успели. Сквозь толпу детей уже протиснулась учительница Саеко.
– Корито! Ты где был? – строгость в ее голосе мешалась с тревогой.
– Здесь, – тупо ответил он. Взгляд забегал по перешептывающейся толпе и наткнулся на ничего не понимающего взъерошенного после сна Юдзуру.
– Тебя не было в вашем номере, в столовой, в фойе, на лестницах, даже в бильярде, – всплеснула руками Саеко. – Ваш учитель по физкультуре пошел искать тебя на улицу. Мы уже собирались звонить в полицию.
– Зачем? – искренне удивился Ал. Его не столько беспокоило уже отчетливо проступившее волнение в ее голосе, сколько то, что он поднял так много бессмысленной шумихи.
– Скажи честно, – Саеко взяла его за плечо, наклонилась, за ней потянулся аромат мятной зубной пасты, и понизила голос. – Ты выходил на улицу?
Ал уже начал пожимать плечами, чтобы тупо ответить: «ну да», как за его спиной послышался голос, от которого кровь мигом отлила от лица.
– Он был со мной, госпожа Саеко, – с лестницы медленно спустился Шизуко. – Прошу прощение за причиненные неудобства.
Мужчина взял Ала за плечо, а тот не мог даже обернуться.
– Я слышал, как кто-то часто выходил ночью в коридор, и ближе к утру поняв, что это был Александр, пригласил его к себе попить чай, чтобы убедиться, что все в порядке. Конечно, это не в моей компетенции, но Александр плохо спал… Мы не услышали, как все встали, извините.