– Она же в итоге не читала нотации, – Ал прошел мимо друга в конец класса и наклонился к стульям. – Это типа твое убежище? А где вход?
– Не убежище, – отмахнулся Юдзуру. – Я всего пару раз сюда залезал.
Он присел на один из стульев, сделал пару замысловатых движений и скрылся за металлом и деревом. Ал наклонился и оперся на одну из сидушек. Юдзуру было видно, но он сидел так незаметно, почти сливаясь со стеной, как неживая статуя.
– Круто, – протянул Ал, поежившись. – Я тоже хочу.
– Не рушь мне замок, твоя задница сюда не поместится, – Юдзуру вперед ногами пополз из своего убежища.
Ал скрестил руки на груди и значительно произнес:
– У меня прекрасная задница. Все девчонки завидуют.
– Во сне?
– Иди…
– Почему ты не с заведующей по воспитательным работам?
Ал сдулся, как воздушный шарик. Он забылся, а теперь друг вернул его в суровую реальность.
– Меня отстранили, – ответил он.
– Я слышал. Вообще, у нас не отстраняют, – заметил Юдзуру.
– Может, Саеко посчитала, что так будет лучше, – пожал плечами Ал, ощутив в них тяжесть. – Пойду в следующий понедельник.
Юдзуру смотрел на него еще несколько секунд, затем кивнул, и они вышли из класса в светлый коридор.
– А где твоя сумка? – спросил Ал, только тут заметив, что друг идет с пустыми руками.
– Уже отнес в клубную комнату, – Юдзуру свернул на лестницу. – Давай провожу тебя на улицу, а потом пойду туда.
– Все-таки решил вернуться в клуб?
Юдзуру пожал плечами.
– Они заметили, что ты ничем не занимался, значит, будут теперь контролировать нас сильнее.
Ал не был уверен, что ему ставят это в вину.
Они оба вышли из школы. Юдзуру прикрыл глаза и глубоко вздохнул.
– Душно тут.
Ал посмотрел на небо, где уже сгущались тучи.
– Гроза будет. У вас в клубе нет кондиционера?
Юдзуру помотал головой, а затем спросил про время.
– До начала еще несколько минут, подышу воздухом пока, – произнес он, когда Ал достал телефон. – Пока.
Он махнул рукой, Ал двинулся вниз по склону, и только у подножия понял, что мог бы подождать вместе с другом, ведь они не увидятся еще неделю, и обернулся. Юдзуру все еще стоял на вершине и смотрел на него. Отчего-то Ал поежился, но заставил себя бодро махнуть рукой и поспешить домой.
Вечером он лег спать очень рано. Бабушка никак не отреагировала на то, что его отстранили, только потом за ужином начала рассуждать о том, кто решил посадить его дома. Дойдя до учительницы Саеко и ее откровенной критики, бабушка явно разговаривала сама с собой, и отвлекать ее было нельзя. Только вот Ал не желал ее слушать, поэтому выскочил из-за стола, поблагодарив за еду, и поспешил к себе. Видимо, бабушка так справлялась со стрессом. Переключала недовольство на что-то более незначительное, стараясь не замечать главного.
Долго спокойствие не продлилось, бабушка вихрем влетела в его комнату и начала говорить сначала про уроки, потом про бардак, а Алу на удивление было лень отвечать. Он заткнул уши наушниками и уснул.
Во вторник проснулся рано, видимо организм привык вставать в школу. Поняв, что можно поспать подольше, Ал вернулся в постель, написав Юдзуру, чтобы ему не было так скучно. В списке сообщений он увидел номер Клиффорда. Казалось, прошла целая вечность с того момента, как они виделись в последний раз. Решив, что напишет ему, как проснется, Ал заснул. Проснулся в два с отвратительным чувством прошедшего в пустую дня. Под аккомпанемент забарабанившего по крыше ливня, Ал включил во всем доме свет и решил добежать до кухни, чтобы взбодриться. Там оказалась бабушка, вернувшаяся с рынка из-за испортившейся погоды. Она была недовольна. Наверняка тем, что он так долго спал. Ал спрашивать не стал, они перебросились парой фраз, и он ушел завтракать к себе. Только вот уже через несколько минут бабушка вернулась домой, молча выключила телевизор, забрала грязную тарелку, а потом захрапела у себя в комнате. Ал стал тупо лежать и смотреть в потолок. От скуки сел за уроки, скоро были экзамены, и это было необходимо. Однако причиной послужило удивительное осознание, что уроки делать даже приятнее, чем все то, чем он любил рисоваться раньше: рисовать, читать мангу и комиксы, смотреть телевизор. Далеко Ал не продвинулся, поэтому не стал себя мучать и лег спать еще до ужина.