– Разве вам можно выпускать меня из школы вот так? – невинно уточнил Ал.
Он надеялся, что тренер не станет нарушать ради него школьные правила, что сдастся и начнет оправдываться, как госпожа Хотару. Но вместо этого тренер произнес:
– Что ж, – протянул он. – Под мою ответственность. Много тебе дорог переходить?
– Н… нет, – Ал запнулся.
Он чуть не сказал: «Ни одной», а потом понял, что глупо было бы снова рассказывать о себе хоть что-то незнакомому преподавателю. А потом подумал, что ему можно просто украсть биту.
Ал согласился выйти через запасную дверь, чтобы госпожа Хотару не заметила его, и побежать домой за плавками и полотенцем. Очки и шапку тренер на первый раз пообещал найти в инвентарной. Ал торопиться не стал, он не спеша поплелся домой, все же оборачиваясь временами из-за слабой нервозности, лениво покопался в шкафу, бабушка была в этот момент на рынке: продавала закрытые ими на той неделе банки, и вернулся в школу. По пути ему попалась госпожа Хотару, видимо уставшая ждать и отправившаяся по своим делам. Она спросила, что он тут делает. Ал промямлил что-то, глядя на следы, оставленные ее каблуками, и поспешил обратно в бассейн. Начался легкий дождь, и стук капель о полупрозрачный потолок разносился эхом по всему просторному помещению. Ал заставил себя принять душ, переодеться и даже окунуться в холодную воду. Пытаясь настроить себя на то, что так даже лучше: пока одноклассники жарятся в классе, он купается, Ал выполнил сначала разминку у бортика бассейна, потом в воде, повторяя за тренером. А потом ему сказали плыть. И тут просто заставить себя сделать хоть что-то было недостаточно – от него ждали результатов. Тренер вряд ли хотел, чтобы Ал просто проверил температуру бассейна, ему нужно было показать скорость, с которой он может плыть.
Глубоко вздохнув, Ал сделал рывок вперед. Может, со стороны он и выглядел, как барахтающаяся лягушка, не знающая ни как правильно плыть, ни стиль, которым она плывет, но для него это внезапно оказалось глотком свежего воздуха. Он не любил бегать, считая это необходимым только если за тобой кто-то гонится. Легкие начинают гореть огнем, мышцы – болеть и ныть с непривычки, а в голове вот-вот промелькнет мысль о том, что, если он остановится, его убьют. Но когда плывешь, вода охлаждает разгоряченное тело, а легкие настолько нуждаются в глотке воздуха, что ты не обращаешь внимание на то, что они тоже горят. И страха, волнения, как при беге, нет. Даже если за тобой кто-то погонится, даже если кто-то начнет кричать, что ты плывешь медленно и всех подводишь, ты этого не услышишь из-за шума плеска воды в ушах, ее ударов об очки перед глазами. И это все равно было тяжело, но приятно. А потом все прекратилось.
Ал не задевал ногами дно, не видел, сколько конкретно осталось до конца, но словно само нутро подсказало остановиться ровно на середине бассейна. Рефлекс, инстинкт самосохранения, Ал не знал. Но он внезапно для самого себя перестал набирать скорость, проскользил ногой по дну и, поняв, что оно резко начало уходить куда-то вниз, не ощутив должной опоры под ногами, замер. Сквозь заложенные уши начал просачиваться громогласный голос тренера:
– Что ты стоишь? Плыви!
Но Ал не поплыл. Он умел плавать, но даже с плохим зрением, стянув с себя очки для плаванья видел, насколько глубоко там, у противоположного края бассейна. Тренер подошел, присел на корточки рядом с тем местом, где остановился Ал, и спросил:
– Ты боишься утонуть?
Ал не ответил, стараясь отдышаться. Вдруг, тренер встал, велел ждать его, и ушел. Слух Ала обострился, он слышал шум выталкиваемой из труб в бассейн воды, ее тихий плеск, стук капель о крышу здания, свое сбитое дыхание, сердцебиение. Перед ним по воде ударила пластиковая трость с большой петлей на конце. Ал не успел осмотреть конструкцию, как тренер велел:
– Хватайся.
Ал глубоко вздохнул, поправил очки и ухватился за петлю. Первую секунду все было нормально, а в следующую тренер с силой дернул за трость, петля выскользнула у Ала из рук, и он вновь лишился опоры. Секундная паника, но он смог восстановить контроль над движениями, а затем страх от того, что он не мог дотянуться, догнать спасательный круг, маячивший настолько близко. Тренер убрал трость из-под его носа, а Ал врезался в бортик и тут же схватился за него, стараясь отдышаться. Мокрые руки скользили по плитке, а ноги искали опору в узком выступе у стенки бассейна. Ал исподлобья взглянул на тренера.