– Думаете, о вас не знают? И мы проверим это на этих переговорах? – загудел здоровяк, он определенно был недоволен. – Вряд ли что-то полезное выясним, если это еще и не ловушка.
– Вряд ли ловушка, – после паузы ответил второй. – В суде неправды не делают. Это правило.
– А с каких пор Гор их придерживается? Он лживый сукин сын, – начальник, по всей видимости, здоровяка никак не отреагировал на его грубость, а тот в свою очередь, добавил тише: – И показал это, когда решил нацелиться на старушку с ребенком.
Ал почувствовал куда больший холод, чем тот, который исходил от земли. А может, жар.
Он молча ждал продолжения, боясь того, что может услышать.
– Сэр, уж лучше холод, чем сигаретный дым, – наконец, заговорил здоровяк, когда зажигалка снова щелкнула. – Курите у себя в машине.
– Пойдут Бронна и Джейн, – словно не услышав, проговорил второй.
– Джейн? – воскликнул здоровяк, похоже, он не всегда спешил совладать с эмоциями. – Вы же говорили, что она это… Ну, возможно, отходит от дел. Не слишком надежна.
– Для этого подойдет, – послышался тихий вкрадчивый ответ. – И не смотри так, Бэнни, ты точно не подойдешь для тихой полуночной миссии в храме рядом с центром города. Поехали…
Ал дослушивать не стал. Выскочил из-под машины, как пробка из бутылки, собрав волосами пригоршню снега и грязи, схватил сумку и рванул в конец торгового ряда. Направился в сторону дома, только когда обе машины выехали с рынка и скрылись из виду. Но для этого дня еще ничего не закончилось.
Изгой
– Господи, откуда ты вылез?!
Бабушка выбежала с кухни, вытирая руки полотенцем, как только за Алом скрипнула калитка. Он не стал тратить время на ответ – скинул с ног мокрые и грязные ботинки и зашел в дом. В комнате за коридором стоял столик с зеркалом. Ал дернул седзи и влетел в нее, щелкнув на ходу по выключателю. Наверное, стоило снять куртку, не проходя в комнату и не таща туда грязь. На голубой ткани где-то сухая, где-то еще влажная виднелась прилипшая каша. Школьные брюки выглядели не лучше.
– Саша! Ты что, под машину попал? – бабушка влетела в дом вслед за внуком.
Ал услышал в ее удивленно-рассерженном голосе нотки тревоги, поэтому ответил:
– Нет. Извини, я в лужу упал. Гулял с Юдзу.
– С кем же еще, – бабушка подошла ближе, оглядывая причиненный одежде ущерб. – Жуть какая, да ты в этой луже валялся что ли? Как можно было испачкать и перед и зад?!
Она закончила фразу ударом Алу по мягкому месту, то ли, чтобы отряхнуть брюки, то ли, чтобы пристыдить.
– Нет, – бросил он резче, чем хотел, подскочив на месте.
– Юдзуру наверняка чистым домой пришел, его бы в дом в таком виде не пустили, – беспокойства в голосе бабушки как не бывало. – Ну чего ты стоишь? Снимай с себя все.
Ал уже подумал о том, что нужно было согласиться с тем, что он попал под машину. По факту, это даже было правдой. Он стряхнул эту мысль вместе с курткой. Сейчас нужно было о другом думать.
– А с ним ли ты гулял? Юдзуру так поздно домой не возвращается, – продолжала бабушка.
Ее громкие возмущения не только привлекали внимание тем, что были неприятными, но и мешали думать.
Ал с силой стянул с себя брюки и потоптался по ним, оставив на полу.
– У него-то наверняка уроки уже сделаны. Чего вещи раскидываешь? Я за тобой подбирать должна? Мне сколько лет?
Бабушка с резвостью подхватила брюки и куртку с пола, пока Ал вышел из комнаты и прошел дальше по коридору в телефонную и открыл один из шкафов, чтобы найти чистые вещи.
– Стирать сейчас самого заставлю. И пиджак сюда давай, наверняка тоже извозюкал. Охота мне на ночь глядя тазик доставать. Ума не приложу, в чем завтра пойдешь.
Ал, выглянувший из комнаты, чтобы передать бабушке рубашку, ответил:
– Голый.
– Точно голый другого варианта нет, – бабушка еще больше повысила голос и направилась к двери. – Ты понимаешь, что до утра это не высохнет? За супом иди следи.
– Можно мне одеться? – раздраженно спросил Ал.
– А есть во что?