– Слышали? – голос заглушил визгливый смешок Рисаки. – Дыханье сперло. Волноваться настолько из-за доклада? Нервишки дома видать расшатали.
Ал оказался радом с компанией, застрявшей в дверном проеме, за два шага. Он приблизился, чтобы не орать на весь класс, удивился и даже позабавился, когда почти половина компании сделала шаг назад. Наконец-то принесло пользу то, что он был выше всех своих одноклассников, отчего все жаловались на то, что за его спиной ничего не видно, на что учителя лишь пожимали плечами, косясь на его очки. Но ухмыляться было некогда. Слова, вызванные пониманием знакомого названия доклада, рассказанного, а не зачитанного, прерванным дыханием и воспоминанием об их с Юдзуру первой встрече на физкультуре, о его болезни, зенсоку, вырвались сами собой:
– Да какое к черту волнение?! У него астма, придурок!
Ал не знал, куда стоило деться после этого – растолкать компанию и пройми мимо, вернуться за вещами или сказать что-то еще. Решил за него взрослый в компании учительницы Саеко и еще одной, из параллели. Полицейский.
Средство связи
Ал замер. Первая мысль почему-то была о том, что это за ним. Кто-то заметил, что он лезет туда, куда не стоит, и сдал его полиции. Но заметить его могли разве что преступники явно похлеще него, а такие не стремятся связываться с полицией. Ментов даже отец не любил.
– Ребята, – мягко обратилась к детям учительница Саеко, видимо не заметив перепалку. – Все вышли из класса биологии? Возвращайтесь к себе в кабинет. Нам нужно поговорить.
Одноклассники Ала, и они с Юдзуру не исключение, наперегонки рванули к себе в кабинет, желая поскорее узнать, зачем в школе полиция. Дети тяжело дышали после бега, не в силах спокойно сесть за свои парты, и обсуждая мужчину в форме. Ал больше слушал, пытаясь выловить в общем гомоне достойную теорию, затем повернулся со своего привычного места к Юдзуру, но сказать ничего не успел. В класс вошли трое взрослых: учительница Саеко, учительница класса 2-1 и полицейский в голубой рубашке. Дети, мигом оказавшись у своих парт, поклонились и сели.
– Ребята, – начала учительница Саеко, из всех троих она выглядела самой спокойной, хотя голос словно был натянут как струна на скрипке. – В субботу после уроков произошла неприятная ситуация. Госпожа Киоко забыла свой телефон на столе в этом кабинете после последнего урока, но, когда вернулась, его уже не было, его кто-то забрал. Украл.
Ал бросил взгляд на госпожу Киоко, она руководила классом 2-1, но также вела у них географию. Она никогда не казалась Алу злой, он вообще обращал на нее мало внимания. Но сейчас она стояла, поджав губы и осматривая каждого ученика в классе слишком проницательно для доброго учителя.
– Никто не собирается делать поспешных выводов, – прокашлявшись, продолжил полицейский. – Но в классе были только вы.
Среди ребят пробежал шепоток, Ал переглянулся с Юдзуру.
– Тихо, – чуть громче произнесла учительница Саеко и свела руки вместе, словно беззвучно хлопнула в ладоши. – Кто из вас дежурил в субботу?
– У меня есть список, – подняла руку одноклассница Ала, она была старостой и сидела за отсутствующей сегодня девочки, чье место он занял на биологии.
– Тошио-кун, Ясуо-кун, – начал перечислять кто-то с задних рядов.
– Эй! Я в среду дежурил!
Учительница Саеко подняла руки, чтобы утихомирить класс, но видимо слишком нервничала из-за того, что кого-то из ее детей могут обвинить в воровстве, так что мигом растеряла свою способность руководить толпой детей.
– Нишимия и Еко-тян тоже были.
– И Лиза!
– Я раньше домой ушел, – Лиза сказал это тихо, повернувшись к классу, но Ал, сидящий за ним, услышал.
– Но в классе после уроков ты был? – уточнил полицейский.
Мальчик перепугано повернулся обратно и кивнул так, словно его передернуло.
– Так, Саеко-сан, позволите мне поговорить с вашими учениками по отдельности? Правда, это может затянуться. Вы можете отдать ваш урок?
– Да, конечно, – пролепетала Саеко.
Ал думал, остаться ему или выйти. Если вызывать будут по списку, он будет первым. Словно прочитав его мысли, Саеко произнесла:
– Давайте я вызову их по списку. Корито… Алекс, останься пожалуйста.
У нее почти получилось не коверкать его имя, так что Ал пообещал себе максимально выгородить ее перед полицейским. Он пересел за парту Лизы и тут же испугался, что от нее будет неприятно пахнуть. Запаха не было, однако он обнаружил какие-то царапины на деревянной столешнице и пару надписей ручкой. Не успел Ал перевести их, как к нему обратился полицейский.