Это что, шутка такая? – я не мог поверить в происходящее. Значит свобода? Значит Выжил? Стержень надломился, и на глазах навернулись предательские слёзы. И лишь громкий рык Капитана не дал мне сорваться и начать плакать. После приказа меня подхватили под руки и вывели, на прощание угостив смачным пинком по зад.
Сейчас, вспоминая те события, могу сказать: мне тогда повезло. И повезло сильно. Тот странно разодетый человек, мало того, что не совсем человек, он ещё и городской маг. И если бы он тогда не был так пьян и не спешил позабавиться со своей новой игрушкой, что ему прислали с последним кораблём, всё. Хана мне, вычислил бы. А так он брякнул что-то типа «полукровка», мол, мать моя согрешила с рыбой.
Но в тот день я этого не знал. Я тупо стоял на улице и ни хрена не понимал. Так меня за всю мою прошлую жизнь ни разу не опускали.
– Уроды! – Адреналина было столько, что он на какое-то время перекрыл боль. Ярость вулканом закипала внутри.
Был бы рядом Валера, он бы вас в бараний рог скрутил.
– Садисты!
Как бы обидно не было, а ничего поделать я не мог. Увы, таков уж этот мир. Побеждает сильнейший. И я им стану, обещаю. Похрустев в бессилии пальцами, побрёл босыми ногами, шамкая по холодной мостовой. Время от времени припадая на разбитое колено, я тащился по широченной улице, таращась на постройки и проходящих мимо людей. Вокруг грязь, вонь. В пролётах между домами горы мусора и кучи нечистот. Люди в большинстве своём лохматые, в рванье, смотрят на меня зло.
– Ну и на кой я так рвался в город? Да нет, в целом ясно зачем. Чтобы Маугли из себя всю жизнь не изображать. Но в лесу хотя бы нет этой ужасной вони. – я бубнил себе под нос, озираясь по сторонам. – Чё пялитесь? Интересно? Синего парня не видали?
Чрезмерное внимание бесило и отвлекало. Я был не в лучшей форме, организм молил о покое. Но о каком отдыхе может идти речь в такой обстановочке. Мысли перескакивали с конструктивной волны на всякую чушь.
Вот интересно, если я сейчас попытаюсь уйти, меня выпустят? Думаю, да. Захотели бы меня задержать, сунули бы в клетку. Уж чего, чего, а этого добра у них валом. Ну, а раз отпустили гулять на все четыре стороны, значит, и город могу покинуть.
Другой вопрос, куда податься? Опять идти на берег и жить там среди чаек и гигантских крабов? Чувствую, это далеко не лучшая моя идея. Городок не сказка, верно, но тут есть люди. А люди - это как минимум реальный инструмент для комфортной жизни. Не самому же строить себе лачугу. Будь у меня инструмент и время, то возможно, что нибудь и смастерил. Знаний хватит. Но сейчас даже в мечтах о таком думать не стоит. Нужно искать более реалистичный вариант.
Главным вопросом остаётся где отдохнуть, оклематься и поднабраться сил? Эх... Были б деньги, уверен, тут же нашлась и ночлежка, и пожрать, и выпить, и даже девушка, не брезгующая молодым синим телом. Но денег нет, а для их получения, как не странно, нужна работа. Вряд ли здесь кому-то нужен грамотный управляющий или менеджер. Я, конечно, имею архитектурное образование, но никогда по профессий не работал. Да и с опытом светлое будущее строителя мне не светит. Кто я для всех этих людей? Странный ребёнок, некий мирумин, над которым можно посмеяться или избить, и это максимум.
Время шло к ночи. Улицы пустели, и кроме патрулей да случайных прохожих уже никого не было. Я сделал, наверное, три круга вокруг города, не до конца понимая, что я вообще хочу увидеть. Глаза рыскали в поисках чего-нибудь знакомого, что может хоть как-то помочь. Но всё казалось странным и не логичным. Не видно в городе праздно шатающихся детей, все заняты работой. Грузят вещи в порту, сортируют товары, помогают на рынке с прилавками и много всего ещё. Но никто не играет, или даже просто так отдыхает. Даже самые маленькие при работе. На меня смотрят с любопытством, но не подходят. Я пробовал первым заговорить, но был послан взрослыми в грубой форме. Им не нравилось, когда я отрывал от важных дел их работников. А ещё в городе нет животных. Совсем никаких. Ни домашних любимцев по типу кошек и собак, ни скотины. Можно было подумать, что местные «аборигены» не умеют разводить скот, но это явно не так. Широкие улицы явно не для пешеходов. Следы от повозок и даже тюки с сеном. А ещё на рынке было полно мясных лавок. Обычно продавали готовую продукцию. Вяленные или жаренные куски. И это было чуть ли не единственным местом, где запах рыбы или вонь немытых, потных людей перебивалась приятным ароматом. Я испытывал нестерпимый голод. От одного запаха жаркого, я чуть было не залил улицу слюной. Лавочник, увидев, как я смотрю на товар, оценил мой вид, прикинул в голове, смогу ли я его оплатить и придя к явно нехорошим выводам, махнул рукой, дабы я не тёрся у прилавка. И так было со всеми встречными.