При словах о начальнике службы безопасности Гена моментально покрылся потом. Знал он, что Валера - демон и маньяк. И почему я на работу такого человека принял, тоже знал. И боялся его. До дрожи в коленках боялся. Тот его так муштровал в своё время на полигоне, что голова на половину покрылась сединой.
Давай договоримся! – После небольшой паузы, которую я был вынужден сделать, дабы этот урод пришёл в себя и мог вменяемо воспринимать мою речь, продолжил.
– Вас я убью. Это даже не обсуждается. Такое не смогу простить. Но родных не трону, обещаю. И даже помогу. Дочку твою на ноги поставлю, всё у неё будет. Ты знаешь, моему слову можно верить. Не виновата Лера, что батя у неё такая тварь и трахает жену своего друга.
Охранник недоверчиво кинул на меня косой взгляд.
– Да, Гена, друга. А ты как думал? Я что, мало для тебя сделал? Ну, вспоминай. Вспоминай Генка, из кого дерьма я тебя достал. Как я проблемы твои решил, а ты мне нож в спину, сука.
Пока я рассказывал рогаделу о его судьбе, тот сидел на полу рядом со мной и только слегка вздрагивал. Осознание того, что он подставил не только себя, но и дочку, расшатало психику в конец. А я продолжал давить, пытаясь сделать так, чтобы страх за свою жизнь ушёл на второе место и возобладал страх за семью.
– Я у Лерки крестный, мне она как дочь. Разве ты хочешь, чтобы её все наши поваляли? Подумай, Гена.
На этой фразе тот как-то сморщился. Видимо вспоминая, как сам не раз выполнял подобные приказы. Потом повёл плечами, расправился, встал, вынул свой любимый нож, который я ему и подарил.
Знал, что он любит такие игрушки, и по случаю урвал на одном закрытом аукционе. Бешеные деньги отдал за оружие, от которого сам и погибну. Жаль, конечно. Передавил. Сломался парень. Но не в ту сторону, что было нужно. Обидная ошиб… Додумать не дали.
Гена секунду ещё помешкал, посмотрел на нож, потом на меня и склонился. Тут уже меня начал бить озноб. Обидно понимать, что не сработал мой талант убеждения на этого дуболома. А ведь он знает, говорю чистейшую правду, и слову моему можно верить.
Закрыв глаза, попрощался с жизнью. Помню ещё, как грудь сдавило. Видать, очередной микроинфаркт. Стар я был для таких потрясений. Но жизнь прожил такую, что грех жаловаться на судьбу. Нож чиркнул, и на пол упала капля пота. Ремень толстый, качественной выделки из кожи редкого вида аллигатора, был перерезан в одно движение, и руки обрели свободу.
Тут, наверное, всё бы и закончилось. Но встать я не успел. В ванную влетела Эльвира. Она быстро окинула взглядом картину и меньше чем за секунду верно оценила обстановку. Вытянув из кармана халата тот самый револьвер, что лежал у меня в сейфе, и целясь мне в лоб, криком приказала любовнику: – Топи его!
Гена включился моментально. Что не говори, а соображалка в критических ситуациях у него работает как надо. Откажись он меня топить, и его полюбовница грохнула бы нас обоих. Тут и к гадалке ходить не надо. У неё это в глазах читалось вполне отчётливо. Ну а потом, ещё попыталась бы это преподнести как сору между нами. И чем чёрт не шутит, могло бы сработать.
Он схватил меня за горло и попытался поднять. Но где там. Охранники у меня, конечно, все не из слабых, но веса во мне кило сто тридцать. Да и без боя я сдаваться не захотел. Обхватив одной рукой ножку ванной, второй сдавил яйца уроду и что было сил заорал: – Помогите!
Хлёсткий удар погасил сознание и отключил звук в моей голове.
Дальше помню расплывчато...
Темнота. Как не стараюсь глаза открыть, не выходит. В глухой тишине лишь детский плачь слышно. Тоскливый такой, аж по душе скребёт. Поначалу я старался не обращать на него внимания. Но время шло, и стоны стали выбешивать.
Значит, меня там топят, а я вынужден чужие стенания слушать. Не пойдёт.
– Эй, кто там ноет? Стонотик, ты не мог бы помолчать? У меня, знаешь ли, очень ответственный момент в жизни. Меня убивают!
– Что? Кто это? Ты... ты исчадие? Почему ты в моей голове? – испуганный голос судорожно затрещал вопросами.
– Тише ты там. Я же о многом не прошу. Помолчи пару минут. Скоро я исчезну, и можешь продолжать ныть.