Капитан был огромен. Два с половиной метра мышц, жил и шрамов. Глыба, а не человек. Надеюсь, в случае нужды мой скальпель справится с его шкурой. Состояние великана наводило на неприятные мысли. Озноб, прерывистое тяжёлое дыхание, бред, потеря сознания. Холодный пот градом тёк по всему телу. Искра едва-едва колыхалась.
Закончив поверхностный осмотр, решил уточнить. – Как давно твой отец в таком состоянии?
– Сегодня утром он не смог покинуть каюту, хотя за ужином не показывал признаков слабости.
Откинув покрывало, которое закрывало нижнюю часть тела, я поморщился от запаха гноя. На подгнившем куске кожи зияла глубокая колотая рана. Кто-то пытался закрыть её безобразным швом, но безуспешно. Лишь занесли грязь. Нарыв воспалился. Вены и кожа вокруг потемнели.
Я повернулся к дочке капитана и охране. Те застыли, как суслики и ждали вердикта. Ничего не объясняя, стал раздавать приказы точно так же, как это обычно делал мастер.
– Вскипяти воды и принеси чистой ткани, желательно мягкой. Мне нужен будет алкоголь, и чем крепче, тем лучше.
Не дожидаясь выполнения приказов, я положил сумку на столик и стал выкладывать свой инструмент и банки с лекарствами. Обернулся и заметил, как девушка стоит и смотрит на мой хирургический набор.
– Я что-то не ясно сказал? Бегом выполнять! Ещё пара часов и никто ему уже не поможет! – Пытаясь говорить уверенно, я внутри весь выворачивался наизнанку. Рана очень плохая. Надеюсь, органы не задеты, иначе я просто зря трачу своё время. Без поддержки прежде не доводилось латать подобное. В теории я понимаю что и как нужно делать, но вот на практике...
Суетой приготовления назвать было сложно, но вот приказ спеленать капитана мало понравился его охране и началась перепалка.
– Да вы поймите, мало того, что корабль качается на волнах, ещё и он будет дёргаться. Я случайно ткну скальпелем в печень, и помрёт ваш патрон.
Не стоило это говорить. Меня приподняли за грудки над полом и прямо в глаза высказали всё, что они сделают с одним неуклюжим недомерком, если он навредит их любимому капитану. Долго ждать не пришлось. Излишне развитое воображение это услужливо и в красках проиллюстрировало. Те крохи уверенности, что присутствовали во мне, бесследно улетучились.
Слава богу, вернулась Изара и меня отпустили. А вот капитана по её приказу таки привязали к кровати. Я влил в пациента удвоенную дозу отвара. Надеюсь такому быку хватит и он не очнётся посреди операции.
В начале я понюхал рану. Она воняла сыром. И это хорошо. Понятно, сепсис. Но главное, что внутренние органы вроде как не задеты, и заражение не пошло вглубь. Если бы проткнули печень или почку, пахло бы аммиаком, а если кишки, то тухлятиной или калом.
Затем я срезал остатки старых швов и вставил разжим. Обработав руки алкоголем, стал медленно пальпировать органы. Следов прокола не обнаружил. Убрал расширитель, достал пару зажимов и начал срезать почерневшую кожу, захватывая участок с запасом. Дыра вышла огроменная. Я уже было стал переживать, что не смогу её закрыть. Но мне повезло, кожа у пирата оказалась на редкость эластичной и спокойно дала наложить шов.
Обмазав рану антисептической мазью местного образца, стал бинтовать больного. В целом всё прошло штатно. Крови здоровяк потерял немного, озноб почти сразу спал, но меня знатно так трясло. Руки задрожали ровно тот момент, как их покинул ланцет, и продолжают вибрировать до сих пор.
Выдав сбор целебного чая, который помогает при потере крови, наказал рану не бередить. Больному не вставать до полного выздоровления. Каждый день менять повязку и мазать мазью, а так же, пока пот не уйдёт, протирать тело чистыми полотенцами каждые четыре часа. От непонятных медицинских терминов ребята подвисли, а я, не дожидаясь ответа, вышел из каюты на свежий воздух, отдышаться.
– Спасибо, что спасли его.
Я отмахнулся. Мол, это моя работа. Хотя уже понял, мной умело манипулировали. Никакой угрозы рабством не было и в помине. Команда великолепно слушается приказов девчёнки и вроде как даже побаивается её.
Отстёгивая вторую серьгу и убирая её в кошель с монетами, Изара расщедрилась на комплимент.