Хватит! Отключись. Встаю я, встаю!
Пересиливая себя, чудом смог открыть глаза. И то, что у меня это получилось пришлось тварюге не по нутру. Она махала башкой, издавая мерзким визг, – Уййй!!!
Быстро придя в себя, тут же включился в ситуацию. Мне в очередной раз удалось сбросить наваждение.
– Не нравится?
Как бы отвечая, к визгу прибавилось нервное фырканье.
– Ну дак не хер было ко мне в голову ползти. Мерзкий свиномутант... Много чего ещё хотелось высказать, но, как я успел заметить, тело до сих пор меня не слушается. А вот чудовище очухалось, и словно рисуясь, чтобы я успел рассмотреть того, над кем пытаюсь злорадствовать, не спеша топает ко мне.
Очертаниями тварь больше всего напоминала барана, но только лишь очертаниями. Вместо носа - пятак. Под нижней челюстью торчали клыки, как у матёрого секача. Каждый сантиметров по десять. Шкура не кудрявая, а гладкая. Вся покрыта уродливыми шрамами. Хвост свисает до самой земли кожаным канатом. Размером животное, слава всем богам, было обычным: в холке метр - метр двадцать.
Я наблюдал, как это чудовище, царственно перебирая задними копытами и передними лапами, подходило ближе. Все мысли, успевшие созреть в моем воспаленным страхом мозге на тему «а вот будь у меня оружие..», показались глупостью.
С кем я собирался сражаться? С этим монстром? Всё, чего бы я добился, умер уставшим. Если, конечно, успел что либо сделать.
Я приготовившись принять лютую смерть, весь внутренне съёжился, но зверюга не спешила нападать. Меня обнюхали, и презрительно фыркнув, оставили в покое. На секунду даже стало обидно. Меня сочли не пригодным в пищу.
Вы посмотрите на него! Какой эстет!
Никаких иллюзий по поводу его вегетарианских наклонностей я не испытывал. Гора костей и туша размером с пони указывали на то, что я не просто случайно встретился с этим «маньяком», а забрёл прямиком в логово твари. Естественно, и кости и туши не украшения ради он сюда приволок.
Часики тикали. Зверюга успела сгрызть кость размером с себя, навалить отвратно воняющую кучу в экстремально близком от меня расстоянии и завалиться спать, оглушая округу храпом. А я послушно продолжал изображать дерево. И, видимо, прирос тут на вечно. В животе заурчало, а значит, самое время учиться фотосинтезу и пускать корни.
Эх, сейчас бы ягодок. Да к чёрту ягодки! Сейчас бы стэйк. Или ещё лучше - пиццу, икру и шампанское. На удивление натёкшую слюну удалось сглотнуть. А затем внезапно затёкшую ногу свело судорогой, и я рухнул. Зверюга настороженно приподнялась и свирепо поглядела на меня, Липкий страх вновь пополз по телу.
Нет, нет, нет! Сколько можно? Главное не смотреть ему в глаза. Главное, не смотреть.
На этот раз отвернуться вышло в разы легче. Как не странно, тело продолжило слушаться. Свобода это, конечно, прекрасно. Но она мало что поменяла в данной ситуаций. На попытки встать зверь реагировал возбуждено. Резко вскакивал, нервно помахивая хвостом, рычал и рыл копытом землю.
Ну же, родной, сходи погуляй. И желательно подальше, и на подольше. – взмолился я про себя. – Проверь, вдруг грабят тебя, или красивая самочка рядом бродит. Не уж то у такого солидного зверя дел нет? Тварь ты этакая.
Мир остался глух к моим мольбам. Наоборот, кто-то в местной небесной канцелярий явно затаили обиду. Солнце встало в зените, устроив адское пекло. Тени исчезли. Ни облачка, и даже ветерок пропал. Я буквально кожей ощущал, как остатки влаги покидают её, и она лопается, словно арбузная корка. Голодное, измождённое тело в купе с пошатнувшейся психикой в очередной раз дали сбой и увели систему жизнедеятельности в перезагрузку.
Очнувшись, первое, что увидел были эти глаза. Леденящие кровь буркалы, в которых читалась непреодолимая жажда смерти. Чудовище пару раз взрыло копытом землю и с громогласным хрипом понесло ко мне.
Это не могло продолжатся вечно. Итак, было не понятно, почему он не сделал этого сразу. Но как же не хочется умирать. Я сделал робкую попытку подскочить, но получилось лишь жалкое подобие кувырка. И, как оказалось через миг, слава богу.
Зверюга промчалась мимо меня, на прощание обдав рвотным амбре и не снижая темпа, ринулась к перелеску. Там переминаясь с лапы на лапу тусовалась стайка толи диких собак, толи карликовых волков. По всему, очень голодные и ведомые запахом крови, они решились вторгнуться на чужую территорию и попытать удачи.