— Вот это нам и предстоит выяснить.
Кирилл допил кофе и поспешил к выходу:
— Если позвонит Виктор…
— Да, знаю, — грустно ответила Ольга. После происшествия в Южном Бутове Виктор почему-то решил прервать с ними отношения.
Кирилл внимательно посмотрел на нее:
— Что тебя беспокоит?
— Загостилась я.
— О чем ты?! — Кирилл едва сдержался, чтобы не прижать ее к себе. А, может, и нужно было?
Нет, ни в коем случае! Она не должна думать, будто он решил воспользоваться ее ситуацией.
— Живи, сколько хочешь!
— И еще… не знаю, как сказать?
— Прямо и честно.
— Когда выходила за покупками, мне показалось, будто в одной проезжающей мимо машине мелькнуло лицо Домбровской.
— И что? Ты же ушла от нее?
— Отпустит ли она? Или мне это только показалось?
— Машина ее?
— Машину можно поменять.
— Если и впрямь она: пусть завидует и бесится.
— Ты ее не знаешь.
— Конкретно ее — нет. Однако, мне известен подобный тип женщин. Властные, повернутые на чем-то старухи. Позлить их одно удовольствие.
— Будем надеяться, что я ошиблась, — тихо промолвила Ольга.
— Никакой Домбровской не бойся. Я всегда защищу тебя.
«Милый мальчик, — грустно сказала про себя Ольга. — Ты слишком самоуверен!»
— Итак, я отправляюсь к Щепинскому.
— Удачи.
Ольга проводила Кирилла, закрыла дверь. И опять подумала о женщине в машине. Если княгиня устроила за ней охоту, то сильно об этом пожалеет. Она считает Ольгу покладистым, забитым существом. Как бы ни так!
Воспоминания застучали в голове. Ее прошлое, такое чужое, было именно ее прошлым. Она старалась забыть — все это происходило с другой Ольгой, в каком-то ином мире. Увы, это была ее жизнь.
Ольга Серова родилась в неблагополучной семье, мать была женщиной легкого поведения, отца она не знала. Какой-то заезжий сделал свое «дело» и исчез. Ольга не пыталась разыскать его. Зачем посвящать время на поиски того, кто ей изначально неприятен?
Потом она связалась с одной подростковой группировкой, начали с воровства в супермаркетах, закончили разбойным нападением. Банду арестовали. Ольга, как несовершеннолетняя, получила два года. В колонии ее совратила сама начальница. Став ее наложницей, Ольга вышла по амнистии уже через год.
На некоторое время она поселилась у начальницы колонии, затем та продала ее в качестве любовницы одной высокопоставленной даме. Объяснение было коротким: «Нужны деньги, девочка. Увязла в долгах».
Высокопоставленная дама работала в министерстве иностранных дел. Она обучила Ольгу аристократическим манерам, купила ей диплом о высшем образовании. Все шло нормально, но однажды на банкете Ольга вскружила голову шведке Агнетте. Агнетта сказала, что у нее остров, обещала осыпать возлюбленную деньгами. Ольга соблазнилась.
Уже после выяснилось, что многое из того, что говорила Агнетта — полная брехня. Шведка богата, но не миллионерша. Начались скандалы. Чтобы сохранить душевное спокойствие, Агнетта уступила Ольгу Домбровской. Княгиня особо не церемонилась, сразу сказала: «Отныне я твоя хозяйка».
«Так все это было со мной, или с кем-то другим?»
Кто-то позвонил в дверь. Ольга посмотрела в глазок. Опять тот из Мосгаза. «Чего-то забыл?»
Она спокойно открыла, и лишь спустя мгновение поняла, какую ошибку совершила.
Мужчина, как пантера, прыгнул на нее, прижав к лицу девушки пропитанный хлороформом платок.
Ольга в секунду лишилась чувств.
Кирилл подошел к особняку Щепинского. Его насторожила странная атмосфера: над домом словно зависло темное облако, лицо охранника выглядело суровым. «Неужели Алексею стало хуже?»
— Мне бы повидать Алексея Анатольевича, — тем не менее, решился Кирилл. — Как он?
Охранник посмотрел на Кирилла, точно на сумасшедшего и резко отвернулся:
— Это невозможно.
— Я его старый друг, — Мальцев готов был пойти на обман. Если честно, он до конца не верил в болезнь Щепинского. Скорее всего, хозяин по каким-то причинам прячется от посторонних глаз. — Вдруг мой приход положительно скажется…
— Невозможно, — повторил охранник, — Алексея Анатольевича больше нет.
— Как?!!! Но ведь еще утром…
— Это утром. Ему стало хуже, приехала скорая. Но она опоздала.
Кирилл, молча, отступил. Что тут скажешь?
Он уже собирался уйти, но открылась дверь. На пороге возникла фигура дворецкого.
— Одну минуту, сударь. Вы ведь Кирилл Мальцев?