Не шум, а скрежет! Будто кто-то хотел прорваться в комнату, но его не пускали. У Ольги возникло желание подбежать к двери, закричать: «Я здесь!» Однако она этого не сделала. Она вспомнила слова Виктора. Что если он все-таки не соврал?
Как ей поступить? Оружия никакого… И тут скрежет затих. Она зря испугалась?
Внезапно распахнулась дверь. Ольга увидела рвущихся в комнату людей, но не успела разглядеть ни их лиц, ни сколько их вообще. А дальше… еще какие-то люди с явно другими целями.
Замелькали вспышки боевого оружия. Люди вспыхивали и исчезали. Ольга в ужасе бросилась за кровать, понимая, та не спасет ее.
— Оля! — послышался голос… Кирилла.
Она не поверила своим ушам. Это обман. Голос легко можно подделать. Но Кирилл вторично позвал ее.
Ольга выглянула из-за кровати и увидела его. Кирилл заходил в комнату, держа наготове оружие.
— Ты? — прошептала девушка.
— Я, — ответил он.
— Но как?!..
— Виктор сказал мне войти сюда последним. Те ребята были опытнее, и вон что получилось…
— Значит, сам он погиб?
— Очевидно, — грустно ответил Кирилл.
Заскрипела дверца небольшого шкафа, из него вылез Виктор, сердито вымолвил:
— Не дождетесь.
— Ты же был в числе первых? — воскликнул Кирилл.
— Правильно. И принял бой. Ребята слишком увлеклись. А я вот здесь… И никто не подумал разнести в щепки мое небольшое убежище. Теперь, красавица, поверила мне?
— Что нам делать? — перебила Ольга.
— Менять место твоего пребывания. Идем.
Однако они не сделали и нескольких шагов. У дверей возникли еще трое в масках с наведенными трубками смерти. Последовал приказ:
— Бросайте оружие! Не валяйте дурака! Мы все равно опередим.
Кирилл и Виктор переглянулись. Страшные гости добавили:
— Нам важно знать, что известно вам? Исповедуйтесь, вдруг еще сохраните себе жизни. И не забудьте про оружие… На пол его, на пол!
Один из киллеров направил трубку смерти Ольге прямо на лоб. Остальные рассмеялись:
— Видите, как складывается дело!
Внезапно державший Ольгу на мушке киллер сделал остальным знак замолчать. Затем указал на коридор. Те развернулись и… киллер в секунду уничтожил обоих своих «напарников».
Все произошло так быстро, что ни Ольга, ни ее друзья не успели что-либо сообразить. Киллер сдернул маску. Им оказалась… Лунд.
— Ты?! — поразились все.
— Не радуйся, Олер. Они придут снова. Будут искать тебя везде.
— Почему ты это сделала? — спросила Ольга.
— На кону была твоя жизнь. Тебе предстояло сыграть роль, после которой тебя бы убили. Я это поняла, но не сразу.
— Но ведь они узнают… Что это — ты?
— Неважно. Любой человек когда-то должен сделать выбор. Я его сделала.
— Романтика — потом, — сказал Виктор. — Надо подумать о безопасном месте.
— Разве есть безопасное место? — грустно произнесла Лунд. — Архипориус — их вотчина.
— Если спрятать Олер в рядах Организации? — спросил Кирилл.
— Не выход. Половина Организации служит другим хозяевам.
— Есть место, куда они не доберутся, — неожиданно сказал Виктор.
Он знаком позвал их за собой. Никто пока не знал его планов.
Через стекло звездолета мелькали кварталы, улицы, города. Ольга не представляла, правильно ли сделала, доверившись Виктору. Но какой у нее выбор? Неужели она теперь должна быть в вечных бегах, и ждать, что в любой момент ее поймают? Она служила Архипориусу, и вот чем он отплатил!
Хороший урок для любого патриота.
Глава пятнадцатая
Вечный сеятель раздоров
Сейчас он был без маски. Ему не нужно было скрывать лицо здесь, где он считался одним из наиболее влиятельных людей Архипориуса и никто бы не заподозрил его в двойной жизни.
Иногда он и сам задавался вопросом: зачем он стремится ликвидировать систему, одним из столпов которой считается сам? Ведь в результате — неизвестность.
Если его раскроют как руководителя величайшего заговора против устоев государства, то не сносить головы. Если придут к власти его люди, совсем не обязательно, что он получит неограниченную власть. Обычно верные сподвижники расправляются с опасным конкурентом.
Да черт его знает — зачем! Разве неприятно упиваться собственной силой?
Человек — существо удивительное. Вроде все есть, а мало. Ставит планку своих устремлений выше и выше, прыгает. Ломается, разбивается насмерть, но все равно прыгает. Не потому ли, что в своих дерзновениях думает приблизиться к Богу? Мол, раз Ему позволено, чем я хуже? И не раб я Его, а ровня. И раз Он — мой создатель, то есть — Отец, то почему бы сыночку не то, что вровень встать, а не превзойти Родителя? Вот и начинается: Он может, следовательно, я могу! Играю, распоряжаюсь судьбами старых и новых друзей, уничтожаю недругов. Все мне доступно, и замыслы мои велики и сакральны.