— У нас не опаздывают.
— Извини.
— Директор ждет.
Дверь автоматически открылась. Юр входил с привычным уже чувством страха. Он не представлял, как шеф отреагирует на его слова?
Кабинет был большой, и такой же огромный стол, за которым восседал маленький лысый человек. Юр и не заметил, как возле него оказался стул. Директор жестом предложил ему сесть.
— Я пришел сюда, — волнуясь, начал Юр, однако директор Организации перебил:
— Мне известна цель твоего прихода. — Он заулыбался, разыгрывая из себя весельчака. Он любил, когда и сотрудники подражали ему в этом. И они подражали, тот же Юр.
— …Материалы, которые хотели уничтожить враги Архипориуса, у меня.
Рядом с шефом, словно танцовщицы, заплясали голографические изображения букв. Это — данные отчета Юра, который, с замиранием сердца, сообщил:
— У меня еще кое-что.
Директор удовлетворенно крякнул. Чему он так радуется?
— За эти материалы меня хотели убить.
— Еще бы! Здесь компромат на очень многих. Головы полетят только так!
Фраза обнадеживала, Юр осторожно добавил:
— Мы пустили утку насчет несуществующей «Железной Гвардии» и Темного Рыцаря, а тут — враги реальные.
— Утка пусть остается, — задумчиво произнес шеф. — Если у людей перестанет отсутствовать образ мифического врага, они расслабятся, начнут искать его среди своих правителей. Неудовольствие теми или иными решениями высшей власти выльется в стихийные реки, которые не всегда остановишь. А тут — реальное пугало, которое, якобы, несет нам хаос. Покажи, кто не боится хаоса? Лучше уж в оковах сидеть, но спокойно.
— Может, стоит рассказать о врагах реальных?
— Ни в коем случае, — резко отрезал глава Организации. — Они — тоже из нашей управленческой среды. Не стремление помочь Архипориусу двигает их поступками, а обычная корысть. Хочется большего.
— Но…
— Дорогой Юр, начать против них играть открыто — действительно вызвать к жизни «Железную Гвардию». Сразу заголосят, мол, в руководстве Архипориуса — раздрай, борьба за власть. Какое отношение к нам будет со стороны простолюдинов? Не забудь, что Архипориус управляет другими территориями — тем же Эдминитом. Элита должна остаться вне подозрений. Поступим по-другому. Тихонько арестуем зачинщиков, они выдадут своих сторонников. А если и проглядим кого, он будет вспоминать о своих прежних дружках с ужасом.
— Но эти люди есть даже у нас в Организации. На меня покушались.
Директор хитро блеснул стеклами очков:
— Больше покушений не будет. Мы начали открытую борьбу. Посмотри, уже пошли первые аресты.
Прямо перед Юром возникли голографические картины с одним и тем же сюжетом: люди в масках врываются в кабинеты чиновников и расстреливают их из смертоносных трубок. Менялись только здания, кабинеты, люди.
— Узнаешь? Уже территория Организации. И здесь мы начали отстрел. Надо будет поставить на их место клонов. Или придумать хорошие легенды о гибели наших славных разведчиков в проклятом Эдмините… А вот этих пытают. Пренеприятнейшее и прелюбопытное зрелище. Так что возвращайся спокойно, Юр. Я поставлю вопрос о представлении тебя к Ордену Защиты Демократии. Да, у тебя ведь убили кота?
— Убили.
— Я подарю тебе нового. Специально с выставки кошек.
Радостный Юр поблагодарил и покинул кабинет шефа. Тот не долго томился в одиночестве. Будто из-под земли вырос одетый в черное сотрудник.
— Хороший парень, — сказал глава Организации. — Он нам сильно помог.
Шеф откинулся в кресле, на губах опять заиграла улыбка, но за ней последовала отнюдь не веселая фраза:
— Помог-то помог, но и узнал слишком много. О полном разложении верхов, например. Имена, должности.
И задумчиво добавил:
— Так нельзя. Ты знаешь, что делать.
Впервые за долгое время Юр мог вздохнуть спокойно. Он сделал важнейшее дело в своей жизни. И теперь ему не надо ничего бояться.
Куда теперь? В лабораторию идти он не может, она сгорела. Неважно, он получит новую.
Он и не заметил, как мечты его в мгновение разрушились, как его окружила вечная холодная ночь.
Откуда пришла смерть?.. Разве это важно?!
Горбоносый с удовольствием наблюдал за неведомыми вихрями что кружили по Архипориусу, распространяя повсюду болезненные язвы. Со стороны вряд ли бы кто понял: зачем он это делает — стравливает людей, народы, территории. И хорошо, что не понимают, дураков нужно учить. А месть отверженных всегда слишком сильна!
Теперь ему нужно было переходить к другим делам.