прашивается вывод, что Тол-эрессеа тоже низвергся в пучину и исчез; так что эльфы, жившие там, «прошли сквозь врата смерти и воссоединились с родней своей в земле Богов», и «Одинокий остров остался лишь образом прошлого».
Но такая интерпретация покажется в высшей степени странной: это означало бы отказаться от всей истории плавания Эльфвине до Тол-эрессеа спустя много веков; а между тем Эльфвине как летописец и ученик по-прежнему присут-
ствовал в сочинениях моего отца даже после завершения «Властелина Колец».
На схеме Мира, Ставшего Круглым, приложенной к «Амбарканте» ( . 247), Тол-эрессеа обозначен как точка на Прямом Пути. Более того, гораздо позже, в тексте «Акаллабет» (стр. 278–279) то же самое говорится о великой пропасти: она разверзлась «между Нуменором и Бессмертными землями», и все корабли нуменорцев (которые уже приплыли в Аман и, следовательно, находились за-
паднее Тол-эрессеа) затянуло в бездну; но «Валинор и Эрессеа были изъяты [из мира] в область сокрытого».
§ 8. Заключительная фраза («А также тяжкий воздух…») добавлена на полях и, по-
видимому, явно составляет единое целое с исходным текстом. Значка вставки здесь нет, но, вне всякого сомнения, поместить фразу следует именно сюда.
§ 10. Нуменорцам уже присуще желание продлить себе жизнь (§ 4), но зловещие образы «Акаллабета» (стр. 266) – земля гробниц и бальзамирования, и народ, одержимый смертью, – еще не представлены. На этой стадии эволюции ле-
генды, как и в предварительном наброске, культура гробниц возникла среди нуменорцев, спасшихся от Низвержения и основавших королевства в «Древнем Мире»: будь они склонны к добру или злу, «всех равно обуревало желание дол-
гой жизни на земле, и мысль о Смерти тяготила их»; и, по-видимому, постепен-
но сокращался срок жизни именно у Изгнанников. Отголоски этого фрагмента есть и в тексте «Акаллабет», там, где речь идет о Нуменоре после того, как в дни Тар-Атанамира на остров пала Тень (см. «Неоконченные предания», стр. 221).
Однако в совершенно ином контексте исходной истории, во времена, когда эта культура возникла среди уцелевших в Катастрофе и их потомков, пред-
ставлены были и другие элементы: ведь теперь Боги переместились в пределы неведомого и незримого и стали «объяснением» тайны смерти, а их обитель на дальнем Западе – местом, куда уходят мертвые вместе со своим имуществом.
ииратнеммоК ПА ДЕНИЕ НУМЕНОРА 21
В «Сильмариллионе» Боги присутствуют «физически», поскольку (какова бы ни была подлинная природа их бытия), они населяют тот же самый физи-
ческий мир, область «зримого». Если после Сокрытия Валинора их не могли достичь корабли, которые напрасно слал Тургон Гондолинский, то тем не менее, до них сумел доплыть Эарендель, покинувший Средиземье на своем корабле «Вингелот», а их физическое вооруженное вторжение навсегда изменило мир через физическое же уничтожение власти Моргота. Таким образом, можно сказать, что в «Сильмариллионе» «религии» нет, поскольку Божественное при-
сутствует в мире и не «вынесено за пределы»; но вместе с физическим изъятием Божественного из Мира, Ставшего Круглым, возникает религия (так же, как возникла некогда в Нуменоре под влиянием учения Ту о Морготе, изгнанном и отсутствующем Божестве); и усопших отправляют, из религиозных соображе-
ний, на погребальных ладьях с берегов Великого моря.
§ 12. «А по прямому пути пройти могли лишь Боги и исчезнувшие эльфы, либо те, кого Боги призывали из числа угасающих эльфов круглой земли – что ума-
лились и истаяли, когда люди присвоили солнце». Ср. «Квента» . 100–101, в исправленном варианте (этот отрывок восходит к «Очерку мифологии», . 21): В последующие дни, когда из-за победы [1] Моргота эльфы и люди отдали-
лись друг от друга, как он более всего и желал, те из эльдалиэ, что жили по-
прежнему в мире, угасли, и люди узурпировали солнечный свет. Эльдар же скитались в глухих уголках Внешних земель и привыкли к лунному свету и к звездному, и к лесам и пещерам, и стали что тени, призраки и воспомина-
ния – те, что не уплыли на Запад и не исчезли из мира.
Данный фрагмент почти без изменений вошел в (§ 87).
Полагаю, что рассказ о летучих кораблях, построенных изгнанниками-ну-
менорцами (представленный уже в предварительном черновике, стр. 12), – это единственное упоминание о воздушных судах во всем корпусе сочинений мо-
его отца. Ни словом не уточняется, за счет чего они поднимались в воздух и что приводило их в движение. В поздние варианты легенды этот отрывок не вошел.
§ 13. Любопытная черта исходной истории о Нуменоре состоит в том, что в тексте не упоминается, какая участь постигла Ту при Низвержении (ср. «Акаллабет», стр. 280); но здесь он вновь появляется как хозяин храмов (ср. «Лэ о Лейтиан», строки 2064 – 2067), живет в крепости (§ 14); и к нему обращена ненависть тех уцелевших нуменорцев, что сохранили отчасти древнее знание.