И большинство эльфов Белерианда укрылись там, кроме тех немногих, что замешкались в западных гаванях – Бритомбаре и Эглоресте на берегу Великого моря, и Зеленых эльфов Оссирианда, что по-прежнему жили за реками Востока, где простиралось владычество Улмо. Сие добавлено к словам Румиля из Валинора мной, Пенголодом.]
Г.В. 2990–3000. О последних годах перед Сокрытием Валинора.
Г.В. 2991. Непроглядный мрак воцарился в Валиноре, и весь западный мир погрузился во мглу, лишь звезды сияли по-прежнему. Тогда Феанор вопреки воле валар возвратился в Тун и заявил о своем праве наследовать королевскую власть над всеми нолдор после Финвэ; и призвал он весь тот народ на Кор, и там держал перед ним речь. Феанор был могущественней-
шим из номов, которые когда-либо жили, – искусным в речах и ремеслах, 411УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬ
наделенным красотой, и силой, и статью; пылок сердцем и разумом, тверд нравом, был он неустрашим и умел подчинять себе чужую волю.
И поныне слагают песни о деяниях Феанора в тот день. Его речь была по-
добна огню. Хотя сердце Феанора пылало жгучей ненавистью к убийце его отца и похитителю его сокровищ и много говорил он об отмщении, все же невольно вторил он Морготу, и слова его были исполнены лжи, внушенной Морготом, и мятежа против Манвэ. В тот день убедил он большинство нолдор уйти вслед за ним из Валинора, дабы вернуть свои владения на земле, пока не исхитили их младшие дети Илуватара. На том сборе принесли Феанор и семеро его сыновей страшную клятву – убивать или преследовать своей не-
навистью любого, кто завладеет хотя бы одним Сильмарилем против их воли.
Г.В. 2992. Долгими были приготовления к великому походу номов. Боги запретили его, однако препятствовать не стали, ибо Феанор обвинил их в том, что они удерживают эльфов в плену против их воли. Наконец воин-
ство выступило, но оказалось у него несколько предводителей, поскольку дом Финголфина признавал своим королем только его.
Прежде чем воинство успело продвинуться далеко, Феанору пришло на ум, что никогда всем этим многочисленным отрядам, состоящим отнюдь не из одних лишь воинов, да еще отягченным многим уносимым с собой добром, без кораблей не преодолеть многие лиги пути на Север. А двига-
лись они на север потому, что намеревались напасть на Моргота, и потому еще, что к северу Разлучающие моря становились эже; ибо Тун у подножия горы Таникветиль находится на поясе земли, где Великое море неизмеримо широко. Корабли же были лишь у телери, однако те не желали ни отдать, ни ссудить на время свои ладьи вопреки воле валар.
Так произошли в этом году страха злополучная битва при Алквалондэ и братоубийство, поныне печально известное из песней, в котором нолдор в безумии своем поспособствовали делу Моргота. И одержали они верх над телери, и захватили их корабли; и медленно поплыли прочь вдоль ска-
листых берегов; великие опасности выпали им на долю, и царил промеж нолдор разлад. Многие шли пешими, а прочие поднялись на корабли.
Г.В. 2993. Приблизительно в это время нолдор достигли берегов близ се-
верных рубежей Валинора, где возвышается громадный утес; на его верши-
не встал сам Мандос или его посланник и возвестил Приговор Мандоса. Он проклял дом Феанора за то, что была им пролита кровь родичей; в меньшей же мере проклятие легло на всех тех, кто последовал за Феанором или ока-
зал ему поддержку. Чтобы отвратить судьбу, им должно было вернуться в Валинор, дабы ожидать там суда валар. Иначе же злой рок и несчастья обру-
шатся на них – чаще всего оттого, что родичи станут предавать друг друга; БОЛЕЕ ПОЗДНИЕ ?АННАЛЫ ВАЛИНОРА? 115
клятва обратится против них же самих, скорее препятствуя, нежели спо-
собствуя возвращению драгоценностей. Отчасти изведают нолдор смерт-
ный удел, и оружие, и пытки, и горе будут убивать их, и наконец истают они в Средиземье и угаснут с приходом юной расы. Многое еще предрек Мандос в речах неясных и мрачных, что сбылось впоследствии, и упре-
дил он, что отныне валар оградят Валинор от нолдор и не позволят им вернуться.
Однако Феанор, ожесточившись сердцем, продолжил свой путь, и за ним последовал, хотя и неохотно, народ Финголфина, подчинившись при-
нуждению родни и воле Феанора. Опасались они и приговора Богов, ибо и в народе Финголфина нашлись те, кто был повинен в братоубийстве.
Инглор (позднее нареченный Фелагундом, Владыкой Пещер) и остальные сыновья Финрода также не повернули вспять, ибо с давних пор связывала Инглора крепкая дружба с сыновьями Финголфина, а его братьев Ородрета, Ангрода и Эгнора – с сыновьями Феанора9, Келегормом и Куруфином. И