Выйдя на улицу, она достаёт телефон с наушниками, но музыку так и не включает. Сейчас её всё раздражает. Но она всё равно вставляет их в уши: «Почему в наушниках нельзя включить просто тишину, которая бы собой заглушила всё: и мысли, и чувства». Именно в такие дни её и начинают посещать мысли о смерти, и она представляется девочке настоящим благословением. Уже несколько недель она проводит в поисках того, что лишит её этого божьего проклятия – её собственной жизни.
Пару дней назад она набрала себе ванную. Закрыла глаза и полностью погрузилась под воду. Стояла тишина. Горячая вода обжигала и успокаивала. «Может, сейчас? – думала она, – если я умру в воде, может тогда в следующей жизни стану морской принцессой, русалкой или сиреной, все моря и океаны будут моими. И даже если, как русалочка, я превращусь в морскую пену…лучше быть пеной, чем мной. Надоело». Воздух почти закончился, и она ждала в предвкушении, что же будет там, в другом мире.
– Сестрёнка, а что это ты делаешь? – спросила младшая сестра Диана. Услышав, детский голос, Надя вынырнула и сделала вид, что просто решила намочить голову.
– Ничего. Я же просила не входить, пока купаюсь.
– Просто, мы во дворе играли, я упала и ладошки разбила. Мама сказала пойти вымыть, – Диана начала всхлипывать, посмотрев на свои руки.
– Ну-ну, это всего лишь царапина. Больше нигде не ушиблась?
– Нет.
– Ну и хорошо.
Надя вылезла из ванны, быстренько оделась и помогла сестре вымыть руки.
– У кошечки боли, у собачки боли, а у Дианочки не боли, – сказала она, дуя на ладошки младшенькой.
– У собачки и кошечки тоже не боли. Они же хорошие, – уже успокоившись, ответила Диана.
– Хорошо-хорошо, ни у кого не боли.
Так сорвалась её первая попытка самоубийства. Потом она начала искать другие варианты. Порезать вены она не могла, так как боялась вида крови. С ядом тоже могли возникнуть трудности: вдруг не продадут, или он не подействует, а второй раз она на это не решится. Так она добралась до идеального, на её взгляд, варианта – прыгнуть с крыши: она всегда мечтала научиться летать. «Надо найти самое высокое здание в городе, чтобы я наверняка покончила с этим…иначе, мучения только станут сильнее».
Но найти такое здание оказалось нелегко. Из-за участившихся случаев самоубийств выходы на крышу стали закрывать во всех домах и магазинах. Но именно в этом торговом центре дверь почему-то всегда остаётся открытой, наверное, администраторы думают, что люди приходят сюда только для отдыха и развлечений.
Сейчас, после ссоры с отцом, Надежда решила, что сегодняшний день подойдёт идеально. Двадцать пятое декабря, католическое Рождество. Утром она проснулась с мыслью, что, если день пройдёт просто нормально, не отлично или хорошо, а именно нормально, она даст этому миру ещё один шанс. «Да, я совсем забыла, что это в нашей семье и есть нормально,» - ухмыляясь, думает она о произошедшем. Девочка ускоряет шаг и уже меньше, чем через полчаса, стоит на широком бордюре, на самом краю крыши. У нее бешено колотится сердце. Кончики пальцев онемели из-за холода, но она этого не чувствует.
«Нужно просто сделать один шаг, и всё закончится. Нужно просто решиться, или я даже этого не могу? Я могу сделать хоть что-нибудь?! Не будет больше никаких переживаний, мыслей, чувств. Не рай ли это?» – Надя смотрит сквозь всё, что её окружает, стоя в нерешительности. В голове проносится только одно слово, которое заставляет её медлить, – семья. К горлу подступает комок, и на глаза наворачиваются слёзы. Диана в следующем году идёт в первый класс, столько нужно будет сделать вместе: купить красивые тетради и бантики на праздник, дать сестринские наставления о том, как вести себя на уроках и каких учителей больше всего слушаться. А у мамы день рождения меньше, чем через месяц (подарок уже куплен: милые серьги, парные маминому любимому кольцу; конечно, он надёжно спрятан в ящике стола, где обычно лежат только учебники). А папа…это слово возвращает её в реальность. Всё детство он был для неё настоящим героем: самым сильным и мужественным – он всегда был рядом, читал ей книги по вечерам, играл с ней, подкидывая чуть ли не до самого потолка и вызывая этим весёлый детский смех. Но что с ним стало теперь? Настоящей причиной того, что Надя сейчас стоит на крыше, был не сам отец, а разочарование в нём.