Всю неделю Ника проводит, будто бы скрываясь от мира: не пользуется телефоном, социальными сетями, практически ни с кем не разговаривает. Она очень сильно хочет оттянуть тот момент, когда ей придётся встретиться с Эриком и сказать все слова вслух. Но такой момент настаёт раньше, чем ей бы хотелось. Когда Ника возвращается после пар, Эрик ждёт её возле дома. Моросит дождь, на секунду Нике кажется, что Эрик курит, но дым оказывается обычным паром из-за холода.
Ника решает ещё хотя бы ненадолго оттянуть этот разговор и предпринимает попытку убежать, не встретившись с Эриком.
– Почему ты меня избегаешь? Я в чём-то провинился? – на плечо девочки опускается его рука.
Она набирается смелости, разворачивается и смотрит ему прямо в глаза. Но не выдерживает и секунды, сразу опускает взгляд. Как и ожидалось, Эрик понимает всё без слов.
– Как ты узнала?
– Твой папа приходил на днях…Эрик, давай расстанемся, – последнюю фразу она произносит так тихо, что удивительно, что он вообще её слышит.
– Ты можешь так спокойно об этом говорить? – её слова всё больше его удивляют, – Я не хочу. Ника, посмотри на меня.
Он аккуратно берёт Нику за подбородок, стараясь заглянуть ей в глаза, но она вырывается, немного резче, чем ей хотелось бы, и продолжает смотреть в землю. К горлу подступает ком, слёзы текут по щекам. Эрик уже не пытается поднять её голову и просто нежно вытирает её глаза. «Его руки ледяные, сколько же он прождал меня на таком холоде?»
– Скажи, ты ведь сам не хотел меня видеть, когда узнал, – осознание того, что происходило все те полгода, поражает, и с каждым произнесённым словом Нике становится всё больнее, – Может быть…Эрик, ты же решил поступать в Москве, потому что думал, что я буду учиться в Питере? Ты просто сбежал от меня, чтобы мы не могли даже случайно пересечься в таком огромном городе. Неужели ты так сильно ненавидел меня, что даже сказать мне всё лично не мог? И наша встреча здесь – никакая ни судьба, а злой рок.
Теперь Ника может посмотреть ему в глаза. Руки дрожат, из-за слёз всё расплывается. Их глаза одинаково выражают боль и отчаяние. Ей было так сложно встретиться с ним, но уйти будет ещё сложнее. Мимо проходят люди, перешёптываются – видимо, они думают, что это парень довёл девушку до слёз, и осуждают его.
– Ника, это… Я действительно переехал, чтобы больше никогда тебя не видеть, чтобы не чувствовать вину перед мамой за то, что ты мне так сильно нравилась…вернее, нравишься. Но каждый день я думал только о том, как ты живёшь, всё ли у тебя хорошо.
– Тебе не нужно ничего объяснять, Эрик. Я и представить не могу, как сложно тебе было говорить со мной каждый день, держать за руку, обнимать. Никаких слов не хватит, чтобы передать, насколько мне жаль, – больше, чем что-либо ещё, Ника чувствует сейчас вину, которая разрушает её изнутри, которая не даёт ей мыслить здраво, – Прости, что из-за моего отца ты потерял маму, прости, что я не узнала об этом раньше, прости за то, что…даже узнав обо всём, я не могу просто уйти.
Эрик старается сдерживаться, но Ника замечает, что он тоже плачет. Потом он отворачивается, проводит рукой по волосам, девочка ждёт его ответа. В глубине души она умоляет его, чтобы он ушёл первым. Ей никогда не было так плохо, она чувствует, что задыхается, сердце разрывается, вместо холода она чувствует жар по всему телу. Ника и представить не могла, что способна на такие сильные чувства. Раньше ей часто казалось, что вместе с теми воспоминаниями из детства ушли и все её эмоции: она практически никогда не плакала, не злилась, а смехом и улыбками защищала себя от других людей, боясь, что они поймут её настоящие мысли. В этом они с Эриком очень похожи: тогда, в школе, он казался таким холодным и скрытным, но ведь он был просто одиноким. Он просто думал, что никто не сможет его понять, боялся, что его искренность будет высмеяна и унижена другими людьми их безразличием.