– Боюсь, это невозможно. Дело в том, что она не здорова психически. Врачи с ней работают, но точного диагноза поставить пока не могут.
– Это и правда моя вина, я не должен был так отделять Эрика от неё. Прости меня, Ангелина! Я обещал всегда заботится о твоей семье, но именно по моей вине твоя любимая сестра сошла с ума.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Заключение
Эрик с Никой стоят на крыше, той самой, где они впервые осознали, что чувствуют друг к другу. Закатное зимнее солнце прощается своими последними лучами, отражаясь красным цветом от белоснежного снега, усеявшего всё вокруг.
– А ведь это первый раз за последние несколько лет, когда на Новый Год будет лежать снег, – говорит Эрик, подходя к краю крыши.
– Этот год вообще был удивительный. Столько всего произошло, больше, чем за всю предыдущую жизнь. Как твои родители? Твой же папа вчера совсем места себе не находил.
– Ну, сейчас ему немного лучше. Понимаешь, это он поругался тогда с маминой семьей и не давал мне с ними несколько лет видеться, мы часто с бабушкой созванивались, но это ведь не то. А тётя…ты же помнишь, как она нас с тобой любила, а тут меня забрали, она хотела меня найти, но отец не давал.
– А у неё нет своей семьи?
– У неё не может быть детей, а с мужем она развелась.
– Это ужасно несправедливо, она же всегда была такой доброй хорошей женщиной.
Как оказалось, Диана так любила своего племянника, что не смогла смириться с тем, что его больше нет рядом. В тот день она только вернулась домой из Питера после тщетных попыток снова встретиться со своим племянником, не подозревая, что он сам снова живет в этом городе, и по случайности увидела Витю и Соню, которые не просто были похожи на своих брата и сестру, но и были примерно в том же возрасте, когда она последний раз их видела. Полиция пообещала провести медицинский осмотр Дианы, а суд назначили на конец января.
– Эрик, что мы будем теперь делать? Всё стало таким понятным в один день, всё стало на свои места. Одна ошибка, неправильное указание моего отца, и столькие жизни были разрушены. Твоя мама, тётя Диана, потом Соня с Витей.
– Всё не может произойти по ошибке только одного человека. Можно бесконечно долго гадать, какой бы могла быть наша жизнь, не случись всё это. Но в том-то и дело, что такая жизнь уже не наша и нашей никогда не будет, понимаешь?
– Понимаю. Это как эффект бабочки: слишком много причинно-следственных связей, которые и привели к данному исходу.
– Мне было давно интересно, когда ты обратила на меня внимание? Ты сказала, что не помнила меня из-за потери памяти, тогда почему ты так легко согласилась пойти со мной на свидание, когда я позвал тебя?
– Так это всё-таки было свидание? – Ника немного виновато улыбнулась парню, – я и представить не могла, что нравлюсь тебе, поэтому думала, что это просто дружеский совместный поход на фестиваль. Прости.
– Боже мой, а говорят, что это мужчины намеков не понимают, а тут был даже не намек, а настоящее приглашение, – слова Ники по-настоящему удивили Эрика, но он решил вернуться к своему вопросу, – И всё-таки…когда ты меня заметила?
– Помнишь тот день, когда я забыла зонтик, а ты мне отдал свой, такой яркий жёлтый? В тот день я даже не могла уснуть, потому что думала, кто же этот парень, которого я раньше нигде не встречала. Ты, наверное, сильно промок в тот день, да?
– Ага, но это было совсем не важно.
– А на следующий день я увидела тебя в школе. Ты почему-то был совсем один, весь такой тихий и одинокий, как холодный принц.
– Ну нет, я же совсем не такой, – смеётся Эрик.
– Это я знаю теперь, а тогда ты меня этим очень заинтересовал. А потом, это самая интересная часть, я была в библиотеке и увидела, как ты заходишь, садишься за тот самый столик в углу и читаешь, это выглядело так уютно и романтично. И я начала приходить в библиотеку каждый день во время большой перемены в надежде увидеть тебя, ведь мы учились с тобой в разных классах, и я больше ничего о тебе не знала.
– Ты видимо сейчас издеваешься надо мной, да?
– Ты что, конечно, нет. Почему тебе вообще это пришло в голову.
– Потому что это я приходил каждый день в библиотеку на большой перемене, чтобы увидеть тебя, ты же с самого детства любила читать книжки. А с того столика в углу хорошо была видна входная дверь, поэтому я сразу замечал, когда ты приходила.