Геля всегда стояла в кругу, кивала и смеялась со всеми, но ничего не говорила. Боялась даже лишний раз взглянуть на него, посматривая лишь украдкой, из-под опущенных ресниц. Куда ей было до Валерки, которая без громкоговорителя звучала, как буря и всегда смотрела свысока, даже если оказывалась на голову ниже собеседника.
***
— Да блин, девки, я вам говорю — это проверенная многоходовочка. Просто беспроигрышно, — делилась опытом многомудрая Валерка.
— Всё равно не понимаю, с чего вдруг он стал от тебя тащиться, — морщилась Ленка из 11 «А». — Говорил, что не любит курящих, а от тебя за километр пасёт.
Геля и ещё с десяток девчонок оставались молчаливыми, лишь изредка поддакивающими, свидетелями этой эпохальной беседы, проходившей всё в том же месте для собраний. Только мальчиков сегодня не было. Их подрядили таскать мебель из закрывающегося на ремонт кабинета музыки. Это оказалось кстати, потому как чаша терпения женской половины школы была переполнена. Всем хотелось знать рецепт успеха быдловатой счастливицы.
— Да всё это фигня полная, — махнула рукой Валерка, делая очередную затяжку. — Парням нравится ломаться больше, чем нам. «То я не люблю, это мне не нравится, я вообще такой высокодуховный»… Бред. Ничего эти загоны не стоят. Слушайте сюда, — все инстинктивно наклонились поближе, готовясь услышать тайну мироздания. — Им нужны бабы, которые не будут прогибаться, сечёте? Он тебе так, а ты, опа, и всё по-другому. Думает, будешь молчать, бегать за ним, стараться понравиться, а ты — посылай. Только так с ними и надо, понимаете? Иначе у них спортивный интерес проходит, и они с другими начинают мутить.
— То есть ты всё наперекор делаешь специально? — на всякий случай уточнила Ленка. — Это план такой продуманный?
— Ага, — ухмыльнулась Валерка. — У меня ж на самом деле то же, что у вас — бабочки там, все дела. Он же просто охренительный — тут только слепой не заметит. Вот я и просекла, что с ним надо по-другому себя вести. Он же от вас нос воротит почему? Потому что вы одинаковые все, пытаетесь угодить, кеды его целовать готовы. А это скучно.
— Но есть же парни, которые любят, когда перед ними краснеют и молчат в тряпочку? — вставила своё слово десятиклассница Аня.
— Да есть, кто спорит? — отозвалась Валерка. — Я ж не говорю, что это со всеми работает. Но Артём… — его имя она произносила с какой-то особенной нежной картавостью, от которой Гелю передёргивало. — Он именно такой. Любит баб с подвывертом.
***
Ещё, как же без этого, всех интересовала интимная жизнь новой пары. Но Валерка лишь многозначительно хихикала, только подогревая зависть оказавшихся в пролёте девиц. Артём был и того загадочнее. Они вообще на публике не особо сюсюкались, за ручки не держались и даже говорили мало. А вот фоточки в их профилях были куда более романтичными.
Всё это приводило Гелю в странное состояние. Она не плакала, не кляла на чём свет Валерку и уж тем более светозарного Артёма, а лишь безмолвно грустила. Ходила поникшая и погруженная в свои невесёлые мысли. Каждый день она провожала Артёма до дома, останавливаясь за углом, пока он не скроется в подъезде, чтобы он, упаси Господи, её не заметил. Потом она ещё долго стояла, глядя на окна, гадая, на каком этаже он живёт.
Но однажды в конце октября Артём пошёл домой не один, а с Валеркой. Когда Геля увидела, как они вдвоём выходят из школьной ограды, чуть в голос не завыла. Уже не хотела идти, но ноги сами понесли. Всё было как в тумане. И уже у подъезда чёрт дёрнул эту Валерку обернуться…
Геля отскочила от угла дома, не глядя, лишь бы её не спалили, запнулась ногой о бордюр и налетела на парковавшуюся рядом машину. Хорошо, что «Ауди» уже затормозила, иначе бы удар получился нехилый. Но всё же она жутко перепугалась, окончательно потеряла равновесие и растянулась плашмя прямо под капотом.
Из машины тут же выбежал мужчина в тёмно-сером твидовом пальто (она запомнила именно это, потому что на лицо его даже не удосужилась взглянуть) и помог ей подняться.
— Ты хоть иногда по сторонам смотри! Где-то больно?
Где-то в области груди действительно было очень больно, но Геля лишь помотала головой, высвободила свою ладонь из руки незнакомца и поспешно зашагала прочь.