Но Геля ни на что такое не надеялась.
Декабрь
— Слушай, ты это… — Валерка мямлила уже вторую минуту, после того, как отвела Гелю в сторону, чтобы «перетереть». — Не говори никому, ок? А то начнут ещё всякую хрень нести про то, что я ревнивая, слежу там за ним… А я не расскажу про твой маленький секрет. Тому мужику ведь, как минимум, тридцатник, да? Ну ты даёшь… Короче, всё. Забились.
Теперь Геля стала невольной хранительницей не только тайны Артёма, но и маленького постыдного секрета его девушки. Секрет выходил так себе, если подумать. Валерка всего-то любила его больше, чем хотела это показывать. Но образ разрушать нельзя — это чревато. И Геля это понимала. А ещё она понимала, что лучше бы никому не знать, что она имела неосторожность шляться с каким-то взрослым мужиком.
К тому же, раз уж на то пошло, она вовсе и не шлялась. Поговорила с ним один раз в жизни — и на этом всё. С её стороны. А вот с его стороны всё было намного сложнее.
***
Андрей мало того, что разыскал её в контакте на следующий день после их рандеву, так ещё и начал писать ей первым. Но так… Ненавязчиво, чтобы раньше времени не радовалась. Понажимал сердечки не под всеми фотографиями, а лишь выборочно. В общем, не нужно было обладать дедукцией Шерлока, чтобы понять, что он пытается прощупать почву для подката. Но очень мягко и осторожно.
Выглядело это странновато. Гелю в холодный пот бросало каждый раз, как она видела новое сообщение от него. Надо было бы отклонить его заявку в друзья, бросить в чс или что-то в этом роде, но… От скуки Геля всё же односложно отвечала ему. И хоть никогда не писала первая, общения не прерывала. Наверное, ей немного льстило, что на неё позарился взрослый мужчина. И даже довольно привлекательный.
Но только светлоокий Артём всё не шёл из головы. Всё-таки импозантные мужчины за тридцать в дорогих автомобилях и с недвусмысленным намёком во взгляде — это прерогатива девочек постарше. Необязательно по возрасту. Просто по ментальному состоянию. В сахарноватном мироощущении Гели не было места для таких персонажей, они казались ей чуждыми, какими-то абстрактными и нереальными. То ли дело Артём!
Артём, как квинтэссенция последних исступлённых девичьих грёз. Артём, как абсолютизированный символ современного ей поколения. В конце концов, и просто реальный Артём, который сказал, что у неё красивые волосы. Никто не говорил ей такого. Или никто не говорил этого так?
***
Стоит ли говорить, что после памятной встречи в «кабинете для курящих» Геля стало довольно часто прохлаждаться там во время уроков. Вдруг что выгорит. И ведь сработало же.
Артём любил уединение, его слегка напрягало всеобщее повышенное внимание, поэтому он старался выходить «перекуривать» в одиночку. В задумчивости и белой мгле Геля и обнаружила его, в очередной раз покинув класс труда, чтобы причесаться.
— Ангелина, верно? — он заговорил первым. — Я слышал, если часто расчёсываться, волосы начинают выпадать… — он усмехнулся и провёл рукой по своим соломенным прядям. — Наверно, поэтому я с этим и завязал.
Он запомнил её имя. Геля ничего не могла с собой поделать — только стояла с гребнем в руке и глупо улыбалась.
— Слышал от Леры, — Артём единственный называл Валерку по-девичьи — Лерой. — Что ты, оказывается, роковая дама. Неожиданно. Думал, ты тихоня. Но в тихом омуте… Да? Занятная история, — он выпустил последний клуб пара, подмигнул и ретировался.
Геле стало не по себе. С одной стороны, ей не нравилось, что Валерка рассказала Артёму об этом недоразумении. Но с другой… Его это, вроде как, заинтересовало. А ведь в Геле без этой пикантной детали нет ничего интересного. Жаль, что это всего лишь стечение обстоятельств и ничего более. Или?..
***
Геле потребовалась неделя, чтобы решиться. Написать первой, да. Нужно показать Андрею, что она заинтересована в этом общении. Тогда он сделает следующий шаг и… Кто знает, что будет? Возможно, ничего, а возможно…
Нет. Геля покачала головой. Она в сотый раз переписывала своё сообщение с ничего не значащими фразами и всё не решалась нажать «отправить». Страшно. Почему-то ей показалось в этот момент, что она ввязывается во что-то серьёзное, что намного больше её разумения. В то, с чем она ничего не сможет поделать. Во что-то незаконное, хтоническое, чужое.
Но если выгорит — Артём! Вдруг спросит ещё что, вдруг подойдёт, вдруг… Причинно-следственные связи в её голове не желали укладываться в привычную логику. Какая-то интуиция, импульс, нечто…