Зато в одном он не сомневался: он не должен отступать, пока все это гнилое гнездовище не будет уничтожено.
Порой Марина Сулина жалела о том, что вообще во все это ввязалась. Впрочем, сожаление это было абстрактным и ничего не значащим. Проект уже зашел слишком далеко, чтобы отступать. Марина догадывалась, что при попытке вот так вильнуть хвостом дело не закончится простым увольнением. Да и потом, ей нравилось то, что она делала, и деньги на счет исправно поступали. А если так, можно набраться сил и вытерпеть такие собрания, как сегодня.
Она отвернулась от окна и внимательно посмотрела на каждого из людей, занимавших места за столом. Это были не все, кто имел значение, но одни из важнейших фигур.
Ближе всех к ней сидела Люда Клещенко. Она нравилась Марине больше всего, журналистка с хитростью лисы и добротой акулы. Пока Клещенко курировала только один крупный портал — но весьма успешно. Она готова была к большему, а у «Белого света» уже возникла необходимость в едином координаторе по работе со СМИ. К тому же Люда сообразила, что замгарин лучше не пробовать, хотя перед подчиненными старательно делала вид, что пьет по четыре таблетки в день. Как, впрочем, и Марина — но Марина показательно пила пять. То, что это были пустышки, никого не касалось.
Марат Ковальчук тоже не пил замгарин, но Марина сама настояла, чтобы так было. Этот тип был агрессивен от природы, его реакцию на таблетки сложно было предугадать. Человеку, отвечающему за силовые операции, нужна ясная голова. Да и потом, Марату полагалось всеми силами делать вид, что он и его шайка не имеют к «Белому свету» никакого отношения, ведь фонд — исключительно мирная организация. Это не мешало его подчиненным глотать замгарин пригоршнями, а порой и коченеть от этого по подворотням… Это не беспокоило даже Марата, который всегда знал, где набрать новых дебилов, а уж Марину — тем более.
А вот Антоша Мамалыга за замгарин ухватился сразу, но этого и следовало ожидать. Когда половозрелый мужик идентифицирует себя как Антоша, можно предположить, что у него проблемы. К счастью, проблемы эти никак не касались проекта. Антоша был достаточно талантливым, чтобы удерживать большую аудиторию, и достаточно беспринципным, чтобы скармливать этой аудитории что угодно.
Ну и была еще Алла Югова. Насчет нее Марина сомневалась дольше всего. Дело было даже не в том, что Югова плотно подсела на замгарин, это как раз нормально, работе не мешает. Нет, сложность заключалась в том, что Алла была идейной идиоткой. Она искренне верила в ту чушь, которую несла в массы. Сначала Марина считала, что эта кликуша будет лишь приятным бонусом в их рекламной кампании и серьезной роли не сыграет. Но потом стало ясно, что на ее бурные речи хорошо ведутся «женщины за», ставшие неожиданно надежной опорой «Белого света».
Поэтому Аллу пришлось пригласить сюда и проинструктировать, чтобы дальнейшие события не стали для нее шоком, и на ней проверить, насколько вообще аудитория готова принять новую правду. Марина уже поручила Марату наблюдать за ней. Если эта тетка все-таки сорвется, ее легко будет устранить — Алла была одинока и никому даром не нужна.
Хотя вряд ли она сорвется. У Аллы настоящая жизнь только с замгарином и началась! До этого она позиционировала себя как преподавательница и писательница, хотя из университета ее давно уволили, а ее книги так и не были изданы. Но если кого-то неудачи ломают, то Аллу они лишь убедили, что мир по большей части глуп и нуждается в спасении. Марина заметила эту ее готовность к войне со всеми и грамотно использовала.
— Друзья, спасибо, что пришли, — улыбнулась Марина. Потом с тоской подумала, что скоро придется отучить себя от таких широких улыбок. — Для начала я хотела бы поблагодарить вас за ту грандиозную работу, которую вы уже выполнили на благо «Белого света»!
— А можно начало без начала? — поморщился Марат.
— Можно не так нагло? — нахмурилась Алла. — Мариночка тут старается для нас!
— Как будто на это мы не тратим время зря, — закатил глаза Антоша.
— Хватит, — вмешалась Марина. — На сей раз дело не совсем обычное. Мы будем говорить о смене стратегии.
— Внезапно, — оценила Люда Клещенко.
Марина показала им пластиковую папку с распечатками. Информация пришла из Франции через Германию сюда, позже ровно на то время, что требовалось на перевод. Марина решила бы, что это катастрофа, если бы ее боссы не остались спокойны.