Старик полежал еще немного. Но стоны не давали ему покоя, и он поднялся. За окном была непроглядная тьма. Ничего не видно, только стоны не прекращаются. Что делать? Вызвать скорую или милицию, а может, и то, и другое? Он взял телефон и стал набирать номер ближайшего участка.
Старуха села на кровати, включила ночник и надела халат. Затем, не говоря ни слова, шурша тапочками, побрела в туалет.
- Алоо! Милиция?…
* * *
- Ну вот, еще один тяжелый случай. – Услышал Федор сквозь звон в ушах. – Мы сделали все возможное, но надежды мало. Вот снимочек, пожалуйста. Спинномозговая травма.
Этот странный разговор, как будто звучал у него в голове. Постепенно сознание возвращалось к нему. Что с ним произошло? Где он? Вдруг он услышал возню за спиной и чей-то шепот. Кто-то кашлянул в тишине. Так значит, этот голос принадлежал не ему, а кому-то кто стоит позади него.
Прочитайте, в деле написано «падение с крыши». Могло быть и хуже.Да куда уже хуже? – Вмешался другой голос. – С таким диагнозом как у него очень не многие выживают.А если и выживают, то можно ли назвать это жизнью? – сказал третий голос.Федор почувствовал, что его обступили со всех сторон. С каждой минутой сознание становилось все более ясным. Неожиданно к нему вернулась память. Он вспомнил все, что произошло с ним: Гарри, темный двор, крышу дома. Воспоминания буквально потрясли его душу. Он вспомнил этот длинный путь до земли и этот странный хруст в спине.
Какое-то непонятное, доселе незнакомое ему чувство, беспокоило его. Он не чувствовал боли, но тело его сильно мерзло. Он открыл глаза, и яркий свет ударил ему в лицо. Он тут же попытался прикрыть глаза рукой, но ни один его мускул не пошевелился. В недоумении он попробовал еще раз, но и эта попытка не увенчалась успехом. Казалось, что все его тело приковано к постели. И руки и ноги отказывались повиноваться, вселяя холод в душу, и наполняя смятением разум. Что это? Чем меня накололи эти типы. Почему они не радуются моей жизни, как радуюсь ей я? Они, наверное, и не подозревают, из какой переделки я выкарабкался.
Тем временем группа врачей тихо покинула палату, и Федор остался наедине с собой. Он не мог повернуть головы, но взглядом обвел все помещение, чтобы больше узнать о том, где он находится. Честно сказать, он мало что понял, потому что в палате не было за что зацепиться глазом. Единственная вещь, которая бросилась ему в глаза – капельница, вероятно, подключенная к его левой руке. Пару табуреток, тумбочка, вешалка с белыми халатами у входа, вот все что попадало в поле его зрения.
После того, как волнение от пережитого пробуждения поутихло, он смог серьезно задуматься над своим положением. Что-то там говорили врачи о его диагнозе? Он стал вспоминать, но кроме смутного недоброго предчувствия, в его голове ничего не возникло. Что же я мог так сильно поломать, что меня так крепко приковали? Он захотел посмотреть, чем связаны его руки и ноги, но так как голову он поднять тоже не мог, то увидел только свою грудь. Она мерно вздымалась, когда он вдыхал, а за тем так же мерно опускалась при выдохе.
Вдруг снаружи послышался какой-то шум. Этот шум приближался и постепенно приобретал содержание. Металлический лязг, возбужденные голоса и топот торопливых ног приближались. Федор обратил внимание на входную дверь, как раз в тот момент, когда группа людей с бряцающей каталкой стремительно промелькнула за матовым стеклом двери. Среди общего шума и возбужденных голосов Федор ясно различил несколько фраз:
Остановка сердца!Закрытый массаж!! Готовьте дефибриллятор!Громыхнули двери. Голоса стихли. Наступила зловещая тишина. Казалось стены замерли, прислушались к происходящему. Тетушка Смерть заглянула в это заведение. Там за двумя дверями врачи пытались выяснить явилась ли она как хозяйка, или вошла не званной гостьей, но здесь в одинокой палате живое существо трепетало от одного сознания ее присутствия рядом.
Прошло несколько минут томительного ожидания. Наконец, за дверьми раздались медленные шаги и приглушенные голоса.
Может быть, это и к лучшему. – Сказал кто-то, проходя за матовым стеклом.Да, иногда смерть более милосердна, чем жизнь… - Ответил ему другой голос.Но все же нам надо признать, что одному Богу известно, был бы он парализован, если бы остался в живых. – Прокомментировал третий.Последнее замечание взорвалось в мозгу Федора и повергло все его существо в пламенную лихорадку. «А если он и выживет, то можно ли назвать это жизнью?» - Эти слова всплыли из глубин его памяти, как демоны из преисподни. Леденящая душу догадка забилась в голове горячим пульсом. Силы быстро покидали его. В глазах потемнело, и он потерял сознание.