– Это ты прости меня.
– Наверное, я глупая… – плечи её задрожали.
Больше не сдерживаясь, она заплакала.
– Ты что?
Арсений испуганно сел на кровати и попытался оторвать ладони от её лица.
– Леночка, милая, почему ты плачешь? Я был груб? Я обидел тебя?
– Нет, – затрясла она головой. – Я испугалась, что ты будешь смеяться. Я была замужем. Я совершенно не знала, не знала, что так бывает. Что так может быть.
– Ну, что ты, что ты, – Арсений крепко обнял её и прижал к груди. – Всё было прекрасно. Если бы ты только могла почувствовать, как я счастлив! Всё забываю рядом с тобой. Люблю тебя и не о чём не жалею. Лишь бы ты не пожалела.
– Меня терзает одно, что ты теперь будешь думать обо мне? Всё произошло на каком-то постоялом дворе. Господи, как это ужасно!
– Да нет же, глупенькая! Раз всё произошло именно здесь, значит, сама судьба благословила нас. Леночка, ангел мой. Ты в растерянности перед тем, что случилось? Испугана. Послушай меня. Отныне, я считаю тебя своей женой.
– На всё божья воля. Только он знает, что ждёт нас.
– И я знаю, что ждёт нас. Мы станем супругами перед богом и людьми. Клянусь, это будет! Верь мне.
– Я верю. Однако не подумай, что я гоню тебя. Но… пора уходить.
– Да, конечно, – он вздохнул. – Так надо.
– Ты обиделся?
– Как я могу обижаться на тебя? Перед тобой я бессилен.
Арсений поднялся и, быстро одеваясь, заговорил:
– Лена, я еду в «Дюссо». Надо узнать, как там дела. Иди к Даше. Заприте дверь на ключ и никуда не выходите. Я постучу вот так, – он постучал подряд два раза и, третий – через интервал. – Хорошо?
– Ты надолго?
– Обещаю - скоро вернусь.
На прощание он поцеловал её в щеку.
– Не волнуйся, любимая.
Ушёл.
Несколько минут Елена неподвижно сидеть на кровати, держа в руке ключ.
В ушах звучал голос Арсения: «Я люблю тебя». И её ответ: «Да, да».
«Неужели это произошло со мной? – спрашивала она себя. – Этого не может быть! Не может. Неужели я отдалась ему от чувства одиночества и тоски? Или мы оба сошли с ума? Нет! Правда в том, что я также влюблена в этого юношу, как и он в меня».
Её мучила неудовлетворённость собой, и в тоже время душа её пела от счастья.
******
Уже в окна забрезжил рассвет, но в доме Руничей никто не спал. И хотя ярко горел свет в хрустальных люстрах, казалось, весь дом погрузился во мрак.
Слуги переглядывались между собой и молча косились в сторону хозяина.
Внутренне сжавшись, как пружина, Андрей терпеливо ждал известий от сына. От напряжения у него дрожал каждый мускул.
Он уже достаточно выпил, но всё продолжал подливать вино в свой бокал. Стиснув зубы, смотрел на ярко-рубиновую влагу сквозь стекло бокала и мысленно гнал, гнал, гнал время вперёд.
– Надо же так переживать! – не выдержав, шепнула Полина Леониду. – Мне жаль Андрея Михайловича.
– Кажется, он не на шутку влюбился в Дарью Лукинишну.
– А Елена Лукинишна вскружила голову ещё одному Руничу.
– Ты тоже заметила?
– По-моему, Арсений Андреевич скрывает это даже от самого себя. Я боюсь, Лёня.
Их разговор был прерван на полуслове. Нахмурившись, Андрей одёрнул слуг.
– Хватит сплетничать за моей спиной! Идите спать.
– Как тут уснёшь! – начал оправдываться Леонид и замолчал на полуслове. В прихожей резко зазвенел звонок. Он бросился открывать двери.
В гостиную вбежал Арсений.
– Ну, что, все живы? – с порога спросил он. – Папа, я за тобой.
Андрей медленно поднялся с кресла. Сердце его сжалось и затрепетало.
– Где они?
– В надёжном месте.
По знаку старшего Рунича слуги вышли из зала. Отец и сын остались одни.
– Значит, это ты увёз их от полиции?
– Выходит так.
– Как Даша?
– С ней всё в порядке.
– А Елена?
– Всё хорошо. Не волнуйся, папа.
Арсений закурил и нервно затянулся папиросным дымом. Андрей Михайлович жёг сына взглядом.
– Почему я должен тебе верить?
– Потому что я твой сын, – невозмутимо отозвался тот, сбивая в пепельницу с кончика папиросы пепел.
– Я дам тебе денег, сколько захочешь. – Андрей больше не мог скрывать волнение. У него дрожали руки. – Уезжай.
Нахмурившись, Арсений смотрел на руки отца.
– Я подумаю об этом, – спустя несколько напряжённых мгновений, ответил он и, направляясь к выходу, на ходу бросил отцу. – А сейчас, может, поедешь со мной?
Андрей поспешно ринулся за ним.
Переступив порог гостиницы, Рунич продолжал высказывать сыну, своё неудовольствие.
– Почему ты не предупредил меня?
– Ты забыл, сколько времени было у меня в распоряжении. Минуты! – парировал сын. – Полиция могла нас заметить.