Сон ушёл.
Конечно, Даша давно распрощалась с прошлой жизнью, давно выплакала слёзы о безвозвратно ушедшей юности, о девичьих грёзах, о Дмитрии.
И всё же, время от времени, всё это возвращалось во снах, чтобы не давать покоя её истерзанной душе.
Она так надеялась обрести душевный покой в монастырских стенах, но и это оказалось для неё недоступно.
Вот и сегодня, проваливаясь в тревожный сон, девушка не могла избавиться от ощущения, что где-то рядом притаилась беда.
Дарья не смела рассказать об этом Елене, а тем более Андрею. Ей было стыдно за свою мнительность.
Окончательно проснувшись, она включила настольную лампу и взяла на этот раз в руки не евангелие, а книгу, которую ей принесла почитать сестра.
Опершись спиной о резную спинку кровати, принялась за чтение.
В дверь коротко стукнули.
– Войдите!
Андрей с силой захлопнул дверь, и, когда повернул к ней мрачное лицо, удивлённо спросила:
– Что с тобой?
– Я был прав. Арсений волочится за Еленой!
– Это не так.
– Я никогда не ошибаюсь относительно сына.
Усмешка скользнула по губам Даши.
– Не будь так самоуверен.
Повисло молчание, которое она не собиралась прерывать.
– Даша, ты сможешь сегодня спуститься в ресторан? – поинтересовался Рунич.
– Нет, – отозвалась она. – Думаю, не стоит нам показываться на людях. Хотя бы временно.
И вновь уткнулась в чтение.
– Увлекательно? – Андрей посмотрел на название книги и ещё больше помрачнел. – Тебе нравится, как он пишет?
– Не мешало бы и тебе прочесть.
– Я читал. Странно, он написал так, как будто был давно знаком с вами.
Он пристально всматривался в лицо девушки.
– Не знаю, – слукавила она и мысленно попросила прощения у Бога. – Мы здесь познакомились с твоим сыном. Пожалуйста, не надо говорить о нём плохо. Это Арсений спас меня с сестрой от полиции.
– Если бы у него не было таких очаровательных защитниц, как ты с сестрой, – возмущенно прошипел Рунич. – Я бы давно запретил устраивать в доме балаган и обуздал бы этого спасителя!
– Как только смог, Арсений пошёл за тобой, – рассердилась Даша. – Кому ещё, кроме тебя, он мог довериться? Не будь несправедлив! Если бы не он, сейчас я и Елена сидели бы в тюрьме.
– Даша! – Андрей больше не мог скрыть свои чувства. – Даша, я молил Бога, чтобы он спас тебя. Хочу, чтобы ты никогда и никуда не уходила.
Уставившись ему в глаза своим проницательным взглядом, бывшая монахиня ответила:
– Пока мне некуда идти, Андрей.
На лице Рунича появилось расстроенное выражение. Сегодня явно был не его день. Он холодно поклонился и молча вышел.
Не поднимая глаз от книги, Даша слышала, как за ним захлопнулась дверь.
«Как же развито у мужчин чувство собственника! – продумала она. – И эгоистичного упрямства».
«Никуда не уходила… – вспомнила она последние слова Андрея. – Нет! Не стоит замечать такие слова. Она рождают грешные мысли, а от них и до настоящего греха недалеко».
******
В гостиной, вальяжно раскинувшись на диване, Арсений молча пил коньяк. Рядом с диваном, на столике стоял едва начатый графинчик с коньяком и тарелка с нарезанными лимонами.
Андрей, положа ему руку на плечо, заметил:
– In vino veritas*.
Не глядя на отца, Арсений горько усмехнулся и отпарировал:
– Ergo – bibamus!**
Рунич расположился в кресло напротив сына.
– Ну, так давай выпьем вместе.
– Давай.
Сын протянул ему рюмку.
Отпивая маленькими глотками коньяк, Андрей поинтересовался:
– Ты виделся с Ксенией?
– Нет.
– Я несколько раз встречал её с одним неприятным типом. Некий Глеб Александрович Измайлов.
– И что из того?
– Он холост и не беден. Преуспевающий фабрикант. По-моему, он увлечён Ксенией Сергеевной. Во всяком случае, пытается ухаживать за ней. Мне кажется, тебе пора принять меры. Ты преодолел свою хандру, твою книгу издали, ты работаешь над сборником стихов. Может, попытаешься устроить свою личную жизнь с этой девушкой?
Задумчиво глядя на отца, Арсений вздохнул.
– Ты прав, папа, моя жизнь изменилась, но не благодаря Ксении. Знаешь, сейчас мне и радостно, и тревожно.
– Что за смятение в твоей душе, сын? – обеспокоился Андрей.
– Просто... мне больше не больно.
Он поднялся из-за стола.
– Прости, папа, я оставлю тебя. За эти сумасшедшие сутки я очень устал.
Андрей озадаченно смотрел ему вслед.
Пройдясь по своей комнате, Арсений сел в кресло и опустил лицо в ладони.
Через несколько минут почувствовал прикосновение легкой ладони к волосам. Вскинул голову и улыбка скользнула по его бледным губам. Рядом стояла Елена.