— Почему ты так ведёшь себя?
— Как?
— По любому поводу, ты дерзишь, споришь. Ты, как маленький мальчик с кучей капризов. Не могу понять, чего ты хочешь? Днями ни чем не занимаешься. — Девушка толкнула его обратно на подушку. - Единственное твоё занятие, дегустация ликёров отца. Что с тобою происходит?
— Ты напрасно беспокоишься, Катя. У меня - полный порядок.
— Лжёшь! Думаешь, никто и ничего не видит? Все знают, что ты сходишь с ума, из-за своего отца и этой тихони, чтоб ей провалиться в ад!
От её последних слов, юноша мгновенно протрезвел.
— Не смей так говорить о ней! Этого я никому не позволю. Слышишь? Никому.
— И после этого я поверю, что у тебя в жизни полный порядок? — Катерина, в сердцах, швырнула в него рубашкой. — У неё нет никаких чувств. Свалилась с сестрицей, неизвестно откуда, на нашу голову. Хорошо, что одна убралась отсюда. Когда только вторая уберётся?
Кровь прилила к лицу Арсения. Он гневно смотрел на девушку.
— Катя, не смей! - процедил сквозь зубы. - Иначе мы не будем друзьями.
— Эта хладнокровная никого не любит!
— Любит, — вздохнул он. — Только вы не хотите этого понять.
— Не обольщайся. Не думаю, что в ледяном сердце снежной королевы есть место такому чувству, как любовь к мужчине. Кстати, ты знаешь новость? В «Петербургских ведомостях» промелькнуло сообщение. Мадемуазель Карницкая помолвлена с господином Измайловым и скоро выходит за него замуж.
— Это мы ещё посмотрим, – проворчал Арсений, закидывая руки за голову. - Ксению этому господину я не отдам. Сестрёнке нужен другой мужчина, а не этот подлец.
Катерина внимательно слушала его невнятную речь.
— Что ты знаешь о нём?
— Ничего.
— Врёшь! — воскликнула она. — Я не верю тебе.
— Отвяжись от меня.
— Как бы тебе не пожалеть об этом.
В ответ Арсений расхохотался. Катерина, задумчиво, произнесла:
— Признаюсь, мне тоже не нравиться этот господин. Какую-то тёмную интригу замышляет он против твоего отца. - Она опять повернулась в его сторону. - А ты, вместо того, чтобы бездельничать, как сын, должен протянуть отцу руку помощи.
Рассуждая, Катерина не замечала, как Арсений скользя оценивающим взглядом по её лицу и высокой груди, остановил его на её пухленьких губах.
— Вот так, да?
С этими словами он схватил девушку в объятия и, повалив её навзнич на кровать, впился поцелуем в её рот. Оторвавшись, произнёс:
— Я и не знал, какие сладкие и нежные у тебя губы, Катенька. Давно бы попробовал их на вкус.
Задохнувшись от неожиданного поцелуя и негодования, Катя залепила ему звонкую пощёчину. Оттолкнув от себя, вскочила на ноги.
— Пошляк!
Обиженно хлопнула дверями.
******
Андрей, в гневе, расхаживал по кабинету. Возле двери стояла Катерина. Она только что поделилась с хозяином мнением о своих догадках относительно его сына.
Налив в рюмку коньяк, Рунич залпом выпил её и, не поворачиваясь к девушке, угрюмо произнёс:
- Что он задумал?
- Вам знакомо его сумасбродство, - Катя вздохнула и осторожно добавила. - Но все неприятности начались с появлением этих женщин. Я боюсь, как бы, не было хуже. Все думали, что он влюблён в Елену, но оказалось, что это не так. Елена уехала. Вы собираетесь жениться на Дарье Лукинишне и, тут выясняется...
Не договорив, умолкла. Задумавшись, Рунич, молчал.
- Андрей Михайлович, что вы теперь будете делать? - робко прервала она молчание.
- На днях, он мне почти открыто сказал, что влюблён в «другую» девушку. Это не человек, а дьявол! - Рунич в нетерпении махнул ей рукой на дверь.
Катерина, понимающе кивнула.
******
Доктор Краев спустился в гостиную, ведя под руку молодую женщину. Елена, она же в глазах всех обитателей «Дюссо», Даша, горько рыдала, но покорно шла с врачом.
Полина бросилась им навстречу.
— Дарья Лукинишна!
— Принесите воды, — приказал врач. — Ей необходимо успокоиться.
Девушку усадила на стул и поднесла ко рту стакан с водой.
В гостиную ворвался Арсений, с порога закричав:
— Что с ней?!
Подбежав, опустился на колени и, осторожно взял в ладони её лицо.
— Ангел мой, что произошло?
Всхлипнув, она положила голову ему на плечо и расплакалась ещё сильнее.
- Не плачь, - не обращал внимания на окружающих, Арсений обнял её. - Радость моя, ты только не плачь.
Доктор внимательно окинул взглядом переглядывающихся, растерянных слуг, окруживших девушку и хозяйского сына. Полина тихо всхлипывала, приговаривая: