— Битва будет точно! — радостно округлил глаза десятник, — Ордена заслужим, да и деньгами государь после победы не обидит!
— Дурак ты, Васька! — поморщился Никитин, — Молод слишком да восторжен. Столько народу в битвах поляжет, да и от плохой воды многие навсегда на чужбине останутся, а ты — ордена. Первая задача простого солдата — выжить, а офицера — сберечь солдат, всё же остальное — уже как получится.
— Так что же, Вы в победу не верите, Павел Иванович? — с обидой произнёс Капунин.
— Верю, Вася! Конечно, верю! Иначе какой бы я солдат был? Просто беречься надобно, пока такое возможно. Вот ты видишь, как на нас венгры смотрят?
— Ну, не любят они нас…
— Конечно, Вася, почти всё, что император нашему государю в залог отдал, у венгров забрали. Таких доходов мадьяры лишились. Вот и опасайся ты их поболе! Чтобы я не слышал, как ты в одиночку из лагеря выходишь, понятно!
— Так точно, господин поручик! — с некоторой обидой вытянулся юноша, но в глубине его глаз уже светилось понимание, — В бой-то скоро пойдём, Павел Иванович?
— Не знаю, Вася. Готовься к схватке каждую минуту — французы уж больно лихо всех бьют, глядишь, и до Вены добегут чуть ли не впереди нас. А такого Суворов не потерпит точно!
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
Никитин-старший ехал в поезде. Дело для него было уже не новое, даже можно было сказать — привычное, а вот для младшего сына, Ярослава, всё было в новинку. Мальчик изо всех сил пытался изобразить степенность, как же, сын одного из известнейших людей империи, который от дворянства пока официально отказывался, но имел на то все основания — в виде трёх степеней медали Святого Владимира. Однако, молодость брала свою — мальчишка, словно угорелый, носился по вагонам, рассматривая отделку, выглядывая в окна, приставая к служителям, в компании с другом, Глебом Толбаевым.
Ярослав был единственным младшим Никитиным, который ещё жил в родительской семье. Старший сын, бывший уже поручиком кавалерии, отправился в Заграничный поход — остановить совсем зарывавших французов, опасно приблизившихся к границам Русского царства. Второй, Самсон, за успехи в учёбе был переведён в Петербург, в тамошний Горный корпус, где готовился стать инженером-механиком. Третий же, Лаврентий, успешно поступил в земледельческую школу и получал навыки агронома в Яссах, что тоже было далеко от городка Никитинска-Днестровского, как стала называться бывшая деревенька Никитинка.
Таким образом, компанию Никитину-старшему в его поездке составили его младший сын да ещё и отпрыск отца Лаврентия, погодок Ярослава. Пускай, в Никитинске давно уже было целых три церкви, однако, по старой памяти, сам Иван и его родные регулярно наведывались в Андреевск, к отцу Лаврентию. Немолодой уже пресвитер[18] по-прежнему обладал огромным авторитетом, и его дружба с Иваном только укрепилась от сговора о браке их детей, который должен был состояться сразу после возвращения Павла из похода. Сейчас Никитин-старший, полуприкрыв глаза, вспоминал последний разговор со священником, когда Иван и Татта приехали к почти родственникам для обсуждения предстоящей поездки.
Тогда, Лаврентий и предложил, чтобы Иван взял с собой его сына, который очень уж мечтал посмотреть мир. А что было отказывать? Проезд его и двух детей казной оплачивался, Глеб в его семье был как родной, закадычный дружок его младшего, опасности никакой… Вот и ехал Никитин теперь в компании двух сорванцов, которые не давали ему скучать в пути. Хотя насчёт отсутствия проблем с мальчишками они явно погорячились: Глеб и Ярослав, мало того, что терялись на остановках, так ещё и как-то раз умудрились пролезть в паровоз, спрятаться в угле и чуть не остаться в Белгороде.
Однако теперь, понабивав шишек, ребята перестали постоянно составлять проблемы и сам Иван, наконец, полностью отдался делу, ради которого он уехал почти на четыре месяца из родимого дома. Никитин был признанным и известным специалистом по артельному делу, которое его и просил распространять в своём письме лично государь. Отказаться от такой просьбы, именно просьбы, что придавало ситуации ещё более обязательный для немолодого уже человека характер, было решительно невозможно.
Пятнадцать уездных городов, где сам Иван говорил собравшимся, как артели могут серьёзно улучшить жизнь людей, посещал деревни, поместья и монастыри, подсказывал в чём-то, ну и ел-пил от души, оказались серьёзной работой. Такие разные земли, но очень похожие люди, однако…