– Я не знаю, – занервничал Вовка. – Саня не говорил, а я не спрашивал.
– Блин, – взвизгнула Дарья, – и что нам теперь делать? Тут предполагалась баня, шашлычок и клёвый отдых! Но этим всем здесь даже не пахнет. Вовчик, я хочу домой!
Старостин поднял вверх руки.
– Так, все успокоились! Сейчас идём в коттедж. Отдыхаем, обсыхаем, а утром разберемся, что к чему.
– Если доживём, – буркнула Полина.
– Что ты сказала?! – зло отреагировал на это Вовка.
Полина боязливо огляделась по сторонам.
– Утро вечера мудренее. Вот, что я сказала.
– Ясно! Пошли в коттедж. Нечего тут питаться страхами.
Мы двинулись вслед за Старостиным по дорожке, выложенной из спилов бревна к темнеющей громаде дома.
– А если и там закрыто? – крикнул я ему в спину.
– Окно выставим.
Сегун с фонарём поднялся на крыльцо и потянул на себя ручку двери.
– Давай, – одними губами прошептал я и внутренне напрягся. Раздался скрип, и дверь подалась.
– Открыто! – крикнул Сегун и тут же на всей территории базы загорелись фонари. Все вздрогнули и прикрыли ладонями глаза.
Вовка, щурясь, пытался разглядеть сарай.
– Наверное, обслуга вернулась. Пойду, поздороваюсь. И выскажу им пару ласковых от коллектива, и от себя лично.
– Подожди, – сказал я и поставил у крыльца рюкзак. – С тобой прогуляюсь.
Мы пошли по дорожке из деревянных кругляшей в сторону сарая. Здесь все дорожки были так оформлены. Было видно, что спилы лежат уже давно. Они почернели, некоторые сгнили и рассыпались в труху. Мы подошли к рубильнику, не встретив никого на своем пути. Вовка поднял кусок камеры и посмотрел на металлическую коробку. Ручки не было.
– Эй, есть тут кто-нибудь? Ау!
– Никого здесь нет, – ответил ему я. – Уже нет.
– Вот суки! – выругался Вовка и пнул по доскам сарая. – Вы где!?
Прямо за забором напротив сарая раздался жуткий вой.
– Твою ж мать! – вздрогнул Старостин. – Так и обосраться можно!
От этого воя активизировались на спине мурашки. Раздался рёв, и кто-то ударил со всей дури с той стороны по забору. Доски затрещали, но выдержали. Я почувствовал, что мои волосы на затылке зашевелились.
– Что это за херня!?
– Кудым Ош, наверное, – нервно хохотнул Вовка. – Валим в коттедж, там забаррикадируемся до утра. А к утру эта скотина может сама уберётся восвояси.
– Какая скотина? – не понял я.
– Та, которая за забором воет.
В этот момент снова раздался удар, и одна из досок треснула. Старостин дёрнул меня за рукав.
– Валим! – закричал он и рванул в сторону двухэтажного коттеджа.
9.
Мы с Вовкой подбежали к коттеджу. Сплавщики толпой стояли на крыльце и озирались. Девчонки спрятались за Серёгой и выглядывали из-за его широких плеч.
– Опять воет? – спросил Сегун. Я был удивлён его выдержкой и спокойствием. Меня всего колотило от страха.
Вовка забежал на крыльцо.
– И не только! Он ещё и забор пытается сломать.
Дашка тут же схватила Вовку за руку.
– Ребята, давайте зайдём внутрь. Вдруг он через забор перелезет.
Вовка открыл дверь и первым вошёл в коттедж. Мы вслед за ним окунулись в темноту дома. Рука Старостина заскользила по стене, щёлкнул выключатель, но свет не появился.
– Сегун, включи фонарь, – попросил Вовка. – Электричества в доме нет.
– Как нет? – Сегун включил фонарь. – А территория откуда освещается?
– В подвале дизель, но походу дом отцеплен. Там щиток распределительный есть. Может, автоматы выключены, – Вовка вышел из коттеджа, – Джонни, ты с девочками следи за территорией, а Сегун с Милкой за мной.
– А Серёга тебе зачем? Сам не справишься?
– Не ссы, Джонни, – засмеялся Старостин. – Я тебе Полинку и Дашку оставлю. Можешь, храброй воды хлебнуть, она в сумке.
– Да иди ты, – беззлобно отмахнулся я и огляделся по сторонам. Ночь уже полностью вступила в свои права и, если бы не свет фонарей, видимость была бы нулевая. Дождь перешёл в мелкую моросящую хмарь, которая довершала унылость и жутковатость картины.
Когда Вовка, Серёга и Милка скрылись за углом дома, я осторожно спустился с крыльца и сделал несколько шагов по дорожке.
– Женька, ты куда? – спросила Полина, она стояла на крыльце, опершись на перила.
– Я только осмотрюсь, – ответил я. – Далеко отходить не буду.
Да, я бы и не за какие коврижки не согласился бы шастать тут по территории, когда за забором ходит какое-то животное. И явно немаленьких размеров. Сделав ещё несколько шагов по дорожке из кругляшей, я огляделся. На территории вроде бы всё было спокойно. Фонарь, висевший на столбе, раскачивался под ветром и неприятно скрежетал. Из-за его движения тени скакали на стене коттеджа и поляне заросшей густой травой и кустами.