– Вот язва, – буркнул себе под нос Старостин. – Всё, ребятушки, подъём! Там водка стынет, а вы тут спать собрались!
Вовка стащил Дашку с кровати и вытолкал нас из комнаты в коридор.
– Вперёд, к столу! – он изобразил горниста и пьяно заорал. – Взвейтесь кострами синие ночи! Мы пионеры дети рабочих! Близится эра светлых веков! Клич пионера: «Всегда будь готов»!
Вернувшись к столу, я вновь угодил в водоворот поздравлений, пьяных объятий и поцелуев. Празднование моего дня рождения продолжалось с вселенским размахом. Выпивки и закуски было столько, что мы могли в течение дней трёх просто не выходить из-за стола. Тосты следовали друг за другом со скоростью света, и я от выпитого и пережитого за день начал терять связь с реальностью. И поэтому я пошёл на кухню заварить себе чайку покрепче.
Старостин, до этого пытавшийся изображать индейские пляски у костра, теперь мирно спал на ковровом покрытии, подложив под голову Милкин свитер.
– Джонни, – заплетающимся языком проговорил Сегун. – За тебя, дружище.
– Ага, – пробормотал я, наливая в кружку с пакетиком чая кипяток.
– Предлагаю найти более приятное место для дальнейшего времяпровождения, – сказал Сегун и обнял Милку, а она уронила ему голову на плечо.
– Я согласна. Ты же не воспользуешься тем, что я пьяная одинокая девушка?
– Конечно, воспользуюсь, и мне кажется не один раз.
Сегун повернулся ко мне.
– Джонни, мы спатеньки.
– Давайте, – я отсалютовал им кружкой с чаем, которую уже ополовинил. Сознание постепенно возвращалось к реальности.
– Ребята, – вскрикнула Полина, встала со стула, но её тут же повело, и она грохнулась обратно. – Вам третий не нужен?
– Ползи к Вовану, – усмехнулась Милка. – Будешь у него сегодня первой.
Дашка и Элька засмеялись. Полинка икнув, опустилась со стула на пол и на четвереньках поползла к Старостину. Когда она добралась до Вована, силы её покинули, и она уткнулась ему в грудь лицом, а затем рухнула на бок. Мы все невольно захохотали. Старостин спал на спине, широко раскинув руки, а на животе у него покоилась Полинкина голова.
Милка помахала нам рукой со второго этажа.
– Счастливо оставаться, – прокричала она и повисла на Сегуне. – Вперёд, мой друг, нас ждут великие дела!
Я допил остатки крепкого чая, и тут же на барной стойке ожила рация. Сквозь треск помех я услышал голос: «Помогите! Кто-нибудь!»
– Что за чёрт? – я удивлённо посмотрел на рацию, затем на девчонок. Они тоже услышали этот голос.
Сквозь треск помех снова пробился голос: «Вовка, дружище, выручай… Встрял, до утра не дотяну…».
– Я вас слышу! – закричал я в рацию, нажимая тангетку. – Кто говорит?! Какая помощь вам нужна?!
Дашка и Эльмира нетвёрдой походкой приблизились ко мне. Отпустив тангетку, я с нарастающей тревогой смотрел на динамик.
«…В яме…», – треск помех и шипение забивали эфир, – «…Решётка надо мной …».
– Александр, это ты?! – спросил я в рацию и посмотрел на девчонок. Элька испуганно улыбнулась, встретившись со мной глазами. Дашка стояла, закусив губу.
«Я…»,– раздалась новая порция шипения, – «Лесу… Воют, рядом совсем…».
– Где?! – спросил я.
В этот раз ответа не последовало, только пару раз моргнул зелёный светодиод, да раздалось шипение из динамика.
Я посмотрел на девчонок. Благодаря крепкому чаю и встряске с рацией, хмель немного выветрился из моего организма. Девчонки были пьяны, но на ногах держались уверенно и подавали признаки мыслительной деятельности.
– Что будем делать?
– Надо помочь, – неуверенно сказала Элька. – Только где его искать?
– А если это очередная шутка вашего Сашки? – Дашка посмотрела в сторону окна. – Сидит где-нибудь в тепле и забавляется. А мы будем по лесу бегать и яму с решётками искать. Пока сами куда-нибудь не навернёмся.
Я стукнул кулаком по барной стойке
– Чёрт! Я об этом даже не подумал.
– Надо сообщить остальным, – сказала Дашка и посмотрела на Вовку с Полинкой. – Или хотя бы той части, которая ещё может что-то соображать.
– Согласен, – пробормотал я и тоже посмотрел на сплавщиков, мирно спавших у стены. – Эти два товарища нам не помощники.
Рация снова ожила, и сквозь нарастающий треск помех послышался голос: «Вовка, ты меня слышишь? Долго я не протяну, выручай. Воды в яме уже по пояс, и она все течёт и течёт».
Часть вторая. Под покровом ночи
1.
Я поднялся на второй этаж и забарабанил в дверь, за которой находилась комната с огромной кроватью.
– Я сейчас выйду, – раздался голос Сегуна из-за двери, – и оторву тому, кто стучит, то, чем он стучит.