Выбрать главу

убедились в столь же избирательном подходе со стороны

220

советника президента Ельцина – Галины Старовойтовой, так-

же считавшей проблему восстановления нашей республики

надуманной».

Прерву Виктора Дизендорфа и скажу, что подобное от-

ношение ультрадемократов к проблемам репрессирован-

ных народов (в данном случае – российских немцев) вполне

естественно. Ведь именно так к ней относятся их курато-

ры из «Вашингтонского обкома», опасающиеся, что вслед

произойдёт экономическое и духовное сближение России

с Германией. Хотя справедливости ради замечу, что позиция

русских ультрапатриотов ничуть не лучше. Впрочем, это тема

отдельного разговора, а сейчас снова предоставим слово

Дизендорфу:

«Через 4 дня после того заседания, 26 апреля 1991 г., в том

же Белом доме был принят Закон РСФСР „О реабилитации

репрессированных народов“. Это событие вызвало заметный

прилив оптимизма. В самом деле, российское государство

(которое, правда, существовало в рамках СССР главным

образом виртуально) добровольно приняло на себя в от-

ношении многих народов, репрессированных сталинским

Buch Utro v raju_210211.indb 220

09.03.2011 20:48:25

режимом, невиданные доселе обязательства.

Внушителен уже сам их перечень: территориальная реа-

билитация (восстановление национально-территориаль-

ных границ, существовавших до их антиконституционного

насильственного изменения), политическая реабилитация

(восстановление незаконно упразднённых национально-го-

сударственных образований), возмещение ущерба репрес-

сированным народам и их представителям, социальная ре-

абилитация, культурная реабилитация.

Конечно, я и мои товарищи были не столь наивны, чтобы

безоговорочно доверять обещаниям властей, даже свобод-

но избранных и „демократических“. Но в данной ситуации

не было оснований и для полного недоверия к ним. Мы

резонно напоминали самим себе: для чего-то же российские

власти решились принять этот Закон.

Правда, он устанавливал только общие правовые рамки,

необходимые, например, для разработки законодательного

акта о реабилитации российских немцев. Однако в нашем

случае уже существовала комиссия Президиума ВС РСФСР,

которая и должна была заняться этой работой.

221

Так полагали мы, но отнюдь не носители высшей власти

в тогдашней России. Наша комиссия не просуществовала

и полутора месяцев. 3 июня 1991 г. Президиум ВС РСФСР

принял Постановление „О комиссиях для подготовки пред-

ложений по реализации Закона РСФСР ‹О реабилитации ре-

прессированных народов› в республиках и областях РСФСР“,

по которому вместо нашей создавалась комиссия Совета

Министров РСФСР „для рассмотрения вопросов и подго-

товки предложений“ по реабилитации немцев Поволжья.

Новую комиссию возглавил сам председатель Госкомна-

ца, ныне покойный Леонид Прокопьев. Его заместителями

стали А. Бир, а также председатели Саратовского и Волго-

градского облисполкомов (территория АССР немцев Повол-

жья входит, как известно, именно в состав этих областей).

Единственным результатом деятельности этой комиссии

стала „концепция решения проблемы советских немцев“, ко-

торая… полностью игнорировала только что принятый Закон

о реабилитации.

Позже я задавал себе вопрос: зачем было принимать этот

Закон, если российские власти категорически не желают им

Buch Utro v raju_210211.indb 221

09.03.2011 20:48:25

руководствоваться?

Ситуация прояснилась осенью 1991 г., когда я, навестив

в очередной раз А. Бира в Белом доме, получил от него офи-

циальную стенограмму „исторического“ заседания ВС РСФСР.

Она ясно показала, почему российские законодатели

во главе с тогдашним председателем ВС РСФСР Б. Ельци-

ным очень торопились принять Закон о реабилитации. Сам

Ельцин бесконечно ссылался на нетерпение представителей

Северного Кавказа, но кто поверит, что Борис Николаевич

мог руководствоваться чувствами и настроениями народов

или их представителей? Тем более сегодня, когда все мы зна-

ем, что при его непосредственном участии были развязаны

две кровавые бойни в Чечне.

Совершенно ясно, что лихорадочная спешка Ельцина

и его команды в апреле 91-го могла иметь только одно объ-

яснение: через полтора месяца предстояли первые в России

президентские выборы, и в погоне за голосами они пусти-