- Пока - нет. Вы правильно заметили, Повелитель: когда дело касается предательства, не стоит спешить. Особенно если оно связано с Сумеречными.
"И карается смертью", - окончание фразы повисло в тишине меж ними злым предзнаменованием.
- Что вы находите подозрительным? - нарушил молчание Эрелайн, первым отведя взгляд. Голос его звучал ровно и спокойно, и напряжение, звеневшее в паузах между словами, ушло. - Короткую стычку с Сумеречными? Это отнюдь не первая попытка нападения, и нам обоим это прекрасно известно. Ее исход? Если не ошибаюсь, он не выбивается из общего ряда. Прямую связь между нападением отряда и одиночки установить нельзя: слишком много случайных, не поддающихся просчету факторов.
- Например?
- Например, я не имею привычки прогуливаться безлунными ночами под руку с прекрасными дамами, - слабо улыбнулся он и, заметив странный блеск глаз, предвосхитил вопрос, готовый сорваться ее губ: - Не могу сказать, что уповаю на добродетельность Правительницы, но сомнительно, чтобы она решилась рискнуть жизнью дочери. Вряд ли здесь уместно говорить о предательстве.
- Разумно, - Сэйна поджала губы. Пальцы забарабанили по столу - нервно, резко, подчиняясь ломаному ритму. Помедлив, она заговорила снова: - Но почему бы не предположить иное: Сумеречная могла проскользнуть мимо стражей, воспользовавшись возникшей суматохой, и остаться ждать вас у дверей. Зная, как тщательно вы исполняете свой долг, несложно догадаться, что рано или поздно вы покинете Faerie Nebulis - либо чтобы проверить посты, либо услышав о нападении, - добавила она, видя написанный на его лице скепсис.
- Возможно. Как возможно и то, что ее пропустил кто-то из стражей. Или что наша гостья пробралась на территорию дворца за несколько дней до бала, когда он практически не охранялся. Это равновероятные исходы, и определить, какой из них имел место в нашем случае затруднительно. К тому же, не исключено, что есть и другие. Так какого рода сомнения вас беспокоят? - закончив мысли и подведя ей итог, повторил он уже заданный вопрос. Взгляд, затуманившийся было, прояснился и устремился на Сэйну.
Она поджала губы. Опустила взгляд в лежащий на столе лист отчета. И, когда он уже не ждал, заговорила - тихо и негромко, продолжая что-то напряженно обдумывать:
- Отряд Сумеречных налетает на стражей. Короткая стычка, несколько раненных - все как всегда. Приказ отозвать стражей с нескольких близкорасположенных постов понятен. Но частности... - она замолчала, но ненадолго, только чтобы собраться с мыслями: - Мне настораживает, что из отряда, первым столкнувшимся с Сумеречными, никто не выжил. Из доклада Рейгена ясно, что старший из них известил о нападении в первые же секунды боя. Посты находятся друг от друга в двух минутах езды верхом, но, когда Рейген и стянутые им силы, все было кончено. Но стражи, не раз сталкивающиеся с Сумеречными у перевала, не могли так просто пасть от их мечей! Разве что их было слишком много...
- ...или Рейген намеренно сообщил о нападении позднее.
- Сообщил позже? Намеренно? - Сэйна нахмурилась, не понимая, к чему он ведет. - Но зачем ему это?
- Потому что он предатель.
Эрелайн отвернулся. Слова, короткие и безразличные, царапали горло.
Едва отдавая себе отчета в том, что делает, отошел к окну. Паркет тихонько поскрипывал под его шагами.
Тяжелые бархатные шторы прянули в сторону, когда он раздернул их.
- Вы уверены? - вопрос Сэйны ударил в спину больнее ножа.
- Практически полностью.
- Но оснований...
- ...было достаточно, - спокойно закончил он за нее, смотря на тонущий во тьме город. Искорки фонарей не разгоняли ее, только расцвечивали, дрожа на поверхности, как отражение звезд в ночном море.
В такой же тьме, которая плескалась теперь в его взгляде.
- Только он мог пропустить Кэрроя на церемонию. Он - и никто другой. Обращаться к теням рядом со мной вьер Шайесс бы не рискнул.
- Давно вы это поняли?
То, что ему меньше всего хотелось слышать.
- Нет.
- Но раньше, чем начали наш разговор? - упрямо повторила она.
- Раньше, - безразлично признал Эрелайн. - Но окончательно убедился только после ваших слов, - и усмехнулся: - Мне следовало быть осмотрительнее. Не допустить того, что случилось.
- Вы не могли...
- Мог. Его отец был среди тех, кто ворвался в ту ночь в Драконьих Когтях. И погиб там.
- Среди тех, кто желал вам смерти? - переспросила Сэйна. Он не видел ее лица, но по голосу было слышно, как он удивлена и раздосадована: - И вы приблизили его?
- Я дал ему шанс. Простил. И он оправдал оказанное доверие, - кривая усмешка коснулась его губ. - Вернее... оправдывал.
Эрелайн отвернулся от окна.
- Где он остановился? - буднично, как будто говоря о чем-то каждодневном и не представляющим интереса, осведомился он.
Это безразличие и спокойствие на мгновение обмануло Сэйну, и она механически ответила, не успев задуматься о том, зачем ему это:
- Правое крыле, третий этаж... - и воскликнула, когда увидела, что он подхватил прислоненный к креслу меч и направился к двери: - Повелитель!
- Ты останешься здесь.
- Я не имею право отпускать вас одного!
Эрелайн резко остановился и развернулся - так, что они едва не столкнулись:
- Ты. Останешься. Здесь.
Он говорил тихо, ровно, но за этим спокойствием скрывалась холодная, еще сдерживаемая, но в любое мгновение готовая выплеснуться ярость.
Говорил так, что невозможно было ослушаться.
Сэйна замерла, словно напоровшись на стену - и остановилась, не смея сделать и шагу, нарушая прямой приказ.
Эрелайн ожег ее злым взглядом. Развернувшись, толкнул дверь, переступил порог - и зашагал, быстро удаляясь.
***
Шаги - быстрые, нервные, размашистые - дробным эхом отдавались в тишине коридора. Ярость уходила, уступая место холодной выдержанной злости. Когда Эрелайн вышел в галерею с расшторенными окнами, от нее осталась только сдержанность и собранность.
Не пройдя и половины, он сбился с шага и остановился, нахмурившись. Зачем искать комнату Рейгена, если для него, Владыки Теней, всего один шаг до любого из живущих?
Робкого, не ало-рыжего, а бледно-золотого света было недостаточно, чтобы разогнать пришедшую из города тьму, и по безупречному паркету пробегали, как волны прибоя, зыбкие тени.
Эрелайн повернулся, будто передумав и решив возвращаться, а его двойник, легший на пол рисунком масляных красок - нет. Бессмертный прикрыл глаза, воскрешая в памяти образ лорда-главы стражи, всегда сдержанного, нелюдимого и молчаливого. Темные волосы, строгие, резкие черты... и ненависть, прячущаяся на дне зрачков за лживыми клятвами.
Не размыкая век, Эрелайн ступил в тень, чтобы, открыв глаза, найти себя в той же галерее. Тень осталась всего лишь тенью, неживым рисунком.
- Ах, вот как? - неприятно удивился он, не заметив, как произнес это вслух. - Решил играть в открытую?
В голосе его не было ни злости, ни ярости - только легкая досада оттого, что придется искать другой выход.
...Тень ожила, повинуясь его воле. Растеклась по паркету черной беззвездной ночью, поглощая свет свечей, отражением дрожащий на паркете - и рванула вперед, когда Эрелайн приказал:
- Найди его.
***
Во втором от лестницы коридоре третьего этажа тень резко вильнула вправо и, истончившись, густо-черной струей дыма втянулась в узкую щель под дверью. Эрелайн, не замедляя шаг, ступил в нее, еще не успевшую полностью скрыться - и вынырнул из нее уже по другую сторону двери.
Меч с тихим посвистом выскользнул из ножен.
Эрелайн огляделся - настороженно, прислушиваясь к каждому звуку. Он оказался в гостиной зале - богато, но скупо обставленной, как любое, долго помещение, в котором никто не живет. Кофейный столик, несколько кресел, диван, полка с книгами, камин...