— Это верно. Ты не подумай, я не говорю, что вас опасаюсь, — извиняющимся тоном произнес Сливка. — Но с другой стороны, абсолютно верю я только себе. И дверь открою, если меня об этом одновременно попросят два голоса. Одному не открою. Учтите. Ладно, до утра!
Олег отрешенно кивнул. Кристина сделала несколько шагов спиной вперед и снова остановилась.
— Если это не он, то это кто-то из вас, — тихо произнесла она. — Я, вообще-то, не считаю себя такой уж положительной. Я, если честно, так себе… и даже не знаю теперь, кто я на самом деле. А вы… — она коротко глянула на Петра, — мне кажется, что вы лучше меня. Во всяком случае, кажетесь такими. Хорошие люди. Именно таким всегда и удается настоящее зло. Потому что таких людей, как я, всегда тянет спрятаться за вашу спину. И вы надежно прячете, честно защищаете… а потом поворачиваетесь лицом. И это уже совсем другое лицо. Я боюсь вас.
Петр покачал головой и пошел по коридору к лестнице. Проходя мимо Кристины, он задумчиво затормозил, и Кристина тоже застыла, явно не желая идти первой. Петр немного постоял, потом сплюнул и направился дальше почти бегом. Кристина выждала несколько минут и только потом пошла следом.
Они проводили Алину в ее комнату, несмотря на все заверения, что с ней все в порядке и она вовсе не устала. Но Виталий настоял, потому что не хотел, чтобы девушка присутствовала на кухне, где им с Олегом предстояло еще коечто сделать. Кроме того, Алину буквально шатало от изнеможения, и видно было, что держится она с большим трудом.
Уходя, Виталий оставил ей пистолет.
— Там еще пять патронов, — сказал он. — Только все же сначала спрашивай, кто там, а потом стреляй.
— Ладно, — устало сказала она, держа пальцы на ручке замка. — Вы… я посплю пока.
— Не забудь запереться, — Олег подмигнул ей, вызвав на ее лице кислую улыбку.
— Ты сейчас сказал что-то очень глупое.
Она захлопнула дверь, и почти сразу же щелкнула замком. Не раздеваясь, повалилась на кровать и тут же уснула, обнимая пистолет, словно любимую куклу.
Олег провел в комнате Алексея осторожный, но тщательный обыск, и его усилия были вознаграждены парой стерильных бинтов и упаковкой таблеток ампициллина. Он заново перевязал Виталию плечо, после чего сунул ему упаковку.
— Возьмите это и запейте водой. Антибиотик — то, что тебе сейчас надо! Аллергии у тебя нет?
— Нет, — Виталий взял таблетки и пошел к раковине за водой. — Запасливый сукин сын! О здоровьичке пекся!
Олег поднял голову, прислушиваясь к глухим ударам, воплям и истерическому смеху, непрерывно летевшим из комнаты отдыха.
— Интересно, когда он устанет? Он, кстати, по-моему, бильярдный стол к двери придвинул. Боится. Ты и вправду думаешь, что это не он?
— Не знаю. Ты слышал, что он тогда бормотал? Про "Десять негритят"? Боялся, как бы убийца не спрятался среди трупов. Если убийца он, то чего ему этого бояться?
— Ну, он ненормальный.
— Разве что.
Олег помолчал, потом посмотрел на прикрытое простыней тело.
— Слушай, как мы его поднимем? Тебе так лучше вообще… Водила, сука, хоть бы помог! В нору спрятался!
— Хрен с ним. Еще удивительно, как он столько продержался. С самого начала был на взводе, — Виталий поставил мокрый стакан на стол. — Рохля он, да и семейный, к тому же. Риска не хочет.
— Рохля рохлей, а сереброто тырит!
— Ладно, давай делом займемся! — Виталий подошел к Жоре и присел на корточки, глядя на него. — Поднятьто, конечно, не поднимем. Волоком потащим. Ты за одну руку, я за другую. Проем широкий — вдвоем пройдем.
— Только там в морозильнике такое на полу! — Олег покачал головой и воткнул сигарету в пепельницу. Виталий вздохнул.
— Значит, придется слегка прибрать.
— Твою мать!
— Вово!
— Слушай, давно хотел тебя спросить — а это не ты маньяк?
— Да пошел ты!..
— Я так и думал.
Спустя полчаса они захлопнули дверь морозильной камеры, после чего Олег опустился прямо на пол, съехав по двери спиной, и достал сигареты.
— Будешь?
— Давай.
Виталий, морщась от боли в плече, сел рядом, и они закурили.
— Черт, — хрипло сказал Олег. — И подумать не мог, что буду таскать мертвецов, как дрова… и курить… вот так…
— Как так?
— Нам не выбраться отсюда, — вдруг с неожиданной уверенностью заявил Кривцов. Виталий слегка укоризненно посмотрел на него сквозь дым.