— Воть! Воть, пожалуйста! Подселили поблядушек на мою голову!.. Ни стыда, ни воспитания! Воть!
Коты проскочили в квартиру, и дверь захлопнулась с таким грохотом, что задрожали перила.
— Старая кошелка! — проворчала поднимавшаяся по лестнице девушка — симпатичная мулатка лет двадцати пяти с копной мелко вьющихся волос и яркофиолетовыми губами. На верхней ступеньке она остановилась, раздраженно глядя на Виталия и Алину. — А вам чего?
— Скажи-те, пожалуйста, — Алина постаралась, чтобы ее голос звучал предельно вежливо, — а где Эля?
— А вам зачем?
— Мы по поводу работы. Нужно коечто уточнить, но мы второй день не можем дозвониться. Мы от Рафика.
Виталий тихонько толкнул Алину, но она только сердито дернула плечом. Мулатка удивленно вскинула брови.
— Что, Элька всетаки решилась устроиться на работу?! Ну не фига себе! Что — все вороны в Волжанске передохли?!
— А воронье поголовье как-то влияет на ее работоспособность? — поинтересовалась Алина с предельной серьезностью. Девушка засмеялась.
— Вы не могли дозвониться, потому что я только что вернулась. А Элька еще три дня назад к родителям укатила, в Камышин. В понедельник вернется, тогда и звоните.
— Ой как плохо! — огорченно сказал Виталий. — А вы адреса не знаете? Или телефона?
— Нет, мы настолько тесно не общаемся, — девушка покосилась на кошачьи миски. — Я сюда недавно переехала. Извините, я спешу.
— Да, конечно, — Виталий посторонился, пропуская ее. — Значит в понедельник?
— Да, — мулатка открыла дверь, — железно! У нее на понедельник дипломный руководитель назначен.
— Большое спасибо… Девушка, а как вас зовут?
— Маша, — сказала мулатка и закрыла дверь. Алина фыркнула, развернулась и слетела вниз по лестнице. Уже возле подъезда Виталий поймал ее за руку.
— А кто такой Рафик?
Алина недоуменно посмотрела на него.
— Ты не знаешь Рафика?!
— Нет.
— Я тоже его не знаю, — доверительно сообщила она, открывая дверцу "лендровера".
Они мялись перед оббитой черным дерматином дверью непозволительно долго, и комунибудь из соседей их поведение уже вполне могло показаться подозрительным, но ни Алина, ни Виталий все никак не решались позвонить и только задумчиво глядели на квадратную кнопку звонка.
— Страшно? — наконец спросил Воробьев. Алина кивнула.
— Очень.
— Но мы же не можем стоять тут весь день! — Виталий протянул руку и решительно нажал на кнопку. За дверью раздался тихий звонок, и Алина тотчас скромно отошла в сторону, но Виталий поймал ее и пододвинул на место, после чего сам отодвинулся к перилам.
— Ты говори.
— Почему я?! — прошипела Алина и, вцепившись в полу его плаща, потянула его обратно, в то же время сама тихонько продвигаясь к перилам. — Ты говори! Ты солидней выглядишь!
— А ты женщина!
— Это здесь не канает!
— Нет уж!
В этот момент скрежетнул отпираемый замок, и они мгновенно отпустили друг друга и застыли перед дверью с дежурными улыбками на побледневших лицах. Дверь распахнулась и на площадку выглянул тощий парень лет двадцати с бледным книжным лицом и взъерошенными темными волосами, одетый в черную майку с надписью "I MADMAN", тренировочные штаны, пузырящиеся на коленях, и тапочки, один из которых был коричневым, а другой — зеленым. Его глаза удивленно оглядели их из-за стекол очков.
— Вам кого?
— А Клара Петровна Вершинина здесь живет? — спросила Алина, приложив немалое усилие, чтобы заговорить. Парень кивнул.
— Да. Но ее сейчас нет. Через час зайдите. Вы ее студенты? Может, просто хотите что-то передать, так давайте. Гарантирую, ничего не пропадет.
Он остановил взгляд на Виталии и нахмурился, потом взглянул на Алину.
— Мы… — Виталий потер висок, — собственно, мы ищем ее сына. Жору Вершинина.
— Это я, — сказал парень, продолжая хмуриться. Потом на его лице появилось мучительное раздумье.
— Вы уверены? — брякнула Алина. Парень посмотрел на нее с искренним недоумением.
— Вы это серьезно?
С минуту они молча смотрели друг на друга. Казалось, терпение Вершинина уже давно должно было истощиться, и ему следовало хлопнуть дверью, но он почему-то все еще стоял на площадке и смотрел на них. Особенно внимательно он смотрел на Виталия.