А потом появился выживший Елойу, скорее всего его спасло какое-то чудо. Я видел огромную стаю таких рыб, которые к ним плыли, я успел попрощаться со всеми кобрами, но нет, этот малый выжил и выбрался.
И тут парни реально опешили. Удивление на лицах было неподдельное. Я его не испугался, это видно, а он спокойно остановился и начинает отдыхать. Не боясь и не скрываясь. Что творилось в их головах, представить сложно. Ну же свяжите два плюс два и пусть не будет пять. На кону жизнь Елойу.
Сейчас его жизнь еще раз подбросит кости: оставаться ей тут или уйти к богам. Кости легли хорошо, нападавшие дернулись, но их остановил крик.
- Стоять!!! – кричал Сергей Артемович, именно тот дядька, с которым я познакомился не так давно в плену.
Сейчас он выглядел намного лучше. В военной форме, с копьем в руках, его лицо было собрано, на голове что-то вроде берета. По бокам сильно растревоженные и какие-то нервные ребятки, тоже в военном, а нет, некоторые вот были и в гражданском. Все с копьями, земляки улучшали свои положение.
А вот храбрые солдаты сразу после приказа опустили копья в землю и перестали нас оглядывать словно чудо-юдо рыбу кита. Хоть так и было, но чувство не самое приятное.
Было их не слишком много. Человек шесть. Не думаю, что это все, кто стрелял по нам, если и меньше половины, то не немного. Не верю я в огромную армию наших. Да и в полное вооружение каждого тоже. Думаю это какой-то передовой отряд.
А вот какой-то бухгалтер мне попался не правильный. Я много видел работников счетов, так вот они так не держались во время военных действий, а тут были именно такие. Кажется, именно здесь он был одним из главных.
- Ну что, Сергей, подсчеты в бухгалтерии шикарно идут? Только не в свою пользу счеты. – говорю я, прерывая тишину.
Елойу тоже дышал зверем, а еще не стремился нападать, он тоже не понимал здешнюю ситуацию, а поэтому просто пытался привести себя в форму. Ситуация могла принять очень неожиданный поворот, надо было быть готовым ко всему.
- Хорошо счеты, особенно в бухгалтерии, да ты и сам видишь, если не ослеп. – он смеется, нервы берут своё видимо. Однако он резко серьезнеет. – А теперь поясни при чем тут счеты?
- Ваша братия любит считать в свою пользу. А вот сбитый вертолет союзника, назовем так, точно плюсы не дает. – отвечаю я, дыхание не восстановил, поэтому оно снова сбивается.
- Своих, кого? – у него округляются глаза, я бы на его месте тоже удивился.
Да и не только он был удивлен, у некоторых можно спокойно подобрать челюсть с пола и вставить на место. Но пришли в себя они быстро, видимо, нервная система дает сбои и новую информацию проще пропускает, без осмысления.
- Теперь поясни, хотя стой. Вместе со своим пойдешь. Кто он вообще? – спрашивает Сергей.
- Триксы мы, и вы подбили нашу технику. А еще из-за вас умерли солдаты Берстии. Не думаю, что кто-то из них выжил... – Последние слова Елойу произнес как-то грустно, с нотой скорби по своим товарищам.
- Командование разберется, бегом, ползком вперед. Там Никифоров разберется – сказал, как рубанул их командир.
Не сказал бы, что нам начали доверять, совсем нет. Даже руки от копий не убирали всю дорогу. Какие недоверчивые. Хотя на их месте я бы был еще более недоверчив. Слишком ситуация неординарная.
А Елойу как то помрачнел, он больше не шутил, да и улыбки на его морде было не видать, он постоянно оглядфвался назад. За душу гибель взяла, ведь там его ребят разорвало в клочья, а неизвестно, сколько он пережил с ними.
Мы отошли не ттак далеко от полны и встретили пять человек, отряд видимо не разделялся сильно. Места еще не совсем изведанные, но пока мир полностью недружелюбный, почти все хочет нас убить. Вот тут даже рыбки злые, необычные, до сих пор ьрясет от воспоминания о них, проверил то на своей шкуре.
Скоро появился другая группа, скорее всего основная. Я был однозначно прав в том, что они решили особо не разбредаться по местности, однако даже больше половины ушло к нам. В центре поляны было три человека.
Удивительно, что нас сбил настолько малочисленный отряд. А ведь там на «вертолете» казалось, будто там целый взвод решил испытать копья. У страха глаза велики. Вооружены все были одинаково, таких винтовок, как у кобр или у котов у них не было, одни копья.
Плохо у людей все, плохо, от безнадеги и начали палить. И тут уже не психология и писательский навык, а чистая внимательность. Отряд из трех людей сидел очень понуро. Видно было, как им все надоело, даже маленькая победа не помогла, ведь мы то упали в озере, а там кусь-кусь делают; мне кажется, они уже не понаслышке об этом знают.