Перед выходом Шрам последний раз построил свою смешанную команду. Сам он вооружился таким же автоматом, какой добыл себе Сергей в бою с бандой Флинта и который отняли у него сибирские патрульные. Помимо автомата Сергей заметил у командира широкую кобуру с двадцатизарядным «стечкиным» и несколько пристегнутых к боевой разгрузке ручных гранат.
– Итак, наша задача: не привлекая внимания засевших на Площади бандитов, пробраться на станцию, отыскать место, где бандиты держат Вольтера, и освободить его. В бой не ввязываться. Все ясно? – Шрам по очереди взглянул на каждого из своих бойцов, задержав взгляд на близнецах.
Сергей стоял сразу за ними, последним в шеренге. Не то чтобы он считал, что там ему самое место. Просто на правом фланге стоял Борис, а Сергей предпочитал держаться от него подальше.
– А если не получится не ввязываться? – спросил один из близнецов, но кто именно, Саня или Леха, Касарин так и не понял.
– Если совсем припрет? – поддержал его другой брат.
Шрам вздохнул:
– Тогда делать нечего, придется отвечать. Но лучше бы обойтись без этого.
– Ничего! Мы этим говнюкам так вмажем, живо разбегутся! – хохотнул первый.
Сергей хмуро покосился на него: тебя бы на нашу станцию, да под команду к отцу.
– Разговоры! – оборвал разведчика Шрам. – Если только выстрелишь раньше времени или как-то иначе нас обнаружишь, пойдешь к Степанычу провода тянуть или трубы чистить. Ты меня понял?
– Да понял-понял, командир.
– Все ясно, чего там, – вновь поддержал брата другой.
– Отправляемся, – объявил Шрам. – Полина, веди.
Девушка вышла вперед. Сергей решил, что она будет инструктировать сталкеров, как инструктировала его перед выходом на поверхность, но та ограничилась коротким:
– Пойдем быстро. Постарайтесь не отстать.
Друг за другом они спустились с платформы, миновали первый пропускной пункт, потом второй, уже больше похожий на блокпост. В десяти метрах перед блокпостом поперек туннеля была натянута толстая железная цепь. «Наверное, чтобы бандиты на дрезине больше не смогли прорваться на станцию», – предположил Сергей, но проверять свою догадку не стал, а никто из сталкеров не потрудился объяснить ему назначение цепи. Они молча шагали вперед вслед за своим командиром и Полиной, и даже разговорчивые близнецы не раскрывали рта.
Всеобщее молчание вскоре начало тяготить Сергея. Он пытался отвлечься, разглядывая незнакомый туннель, но смотреть по большому счету было не на что: туннель как туннель. Довольно сырой и влажный – сверху то и дело срывались капли конденсата, хорошо хоть, вода не хлюпала под ногами. Сергей вспомнил лужи в туннеле между Маршальской и Сибирской, издающие непонятные звуки, и охватившее его и Полину безумие, едва не стоившее жизни обоим. «Брр!» Самой страшной кажется та опасность, которую не понимаешь. А произошедшее с ними в перегоне между Маршальской и Сибирской не имело объяснений, поэтому даже сейчас вспоминалось с ужасом и отвращением.
Касарин поискал взглядом идущую впереди колонны девушку. Полина, как ни в чем не бывало, уверенно шагала по туннелю, но что-то там впереди нее было неправильным. Сергей напряг глаза и в следующее мгновение понял, что заставило его насторожиться: навстречу из туннеля лился приглушенный свет. Станция?! Неужели они уже подходят к Площади? А кажется, только-только отошли от Проспекта. Но откуда тогда взялся свет? Сергей пожалел о том, что перед выходом не уточнил у Шрама, какова длина перегона между Площадью и Проспектом, а сейчас спрашивать об этом было уже поздно. Еще больше его интересовало, что они будут делать, когда доберутся до Площади: как и где искать похищенного бандитами ученого? Но, возможно, Полина знает ответ и на этот вопрос?
Внезапно девушка, а следом за ней и Шрам остановились.
– Противогазы, – коротко скомандовал Шрам, и сталкеры послушно натянули на головы резиновые маски.
Сергей последовал их примеру, хотя вставленный в нарукавный карман индивидуальный дозиметр упорно молчал. А ведь если свечение впереди было вызвано радиацией, он должен был верещать, как резаная свинья.
После короткой остановки отряд снова двинулся вперед. С каждым шагом в туннеле становилось все светлее. Вскоре Полина, а следом за ней и некоторые сталкеры даже погасили свои фонари. Сергей поступил так же и почти сразу увидел то, что освещало туннель. Его, точнее их, было много. Они торчали из шпал, пробивались из стен и даже свисали с потолка. Грибы! От своих съедобных собратьев, которые выращивали почти на всех станциях метро, эти отличались длинными и тонкими кривыми ножками и широкими, скорее даже раскидистыми шляпками. И еще тем, что все без исключения светились: голубоватое переливающееся свечение окутывало каждый, подобно мутной дымке.