Вздохнув, я швырнула приглашение на сиденье и включила радио.
– Начинайте движение! – крикнул он ей через громкоговоритель. – И двигайтесь по разрешенным полосам движения!
Я вырулила на основную часть трассы и установила круиз-контроль точно на шестьдесят пять миль в час. Мое сердце колотилось в груди, а ладони, лежащие на руле, вспотели.
Просто войди, пофотографируйся и уйди с вечеринки, как только исчезнет коп.
Я долго не могла определиться по поводу встречи – выписывала все «за» и «против» и даже делала таблицы со всеми возможными сценариями развития событий. И каждый раз «за» перевешивали «против», но результат меня не устраивал, и я начинала пробовать другую методику, надеясь на отрицательный результат.
Я даже не знала, в чьей голове родилась эта светлая мысль – организовать встречу во вторник, но это стояло первым пунктом в моем списке. Вторым был стодолларовый взнос за «изысканное» меню из попкорна и местных конфет. Третьим пунктом должна была быть «семилетняя» временная отметка вместо обычной, десятилетней, но я, как только пришла на первый курс, уже знала, что наш выпуск полон отличников и рекордсменов.
Я даже не знала, кто сегодня собирался прийти, потому как все «близкие друзья», которых я когда-то завела, давно отдалились. Время от времени, видя обрывки их жизней в новостной ленте Фейсбука, я ставила «лайк» или «сердечко» в обмен на телефонный звонок или сообщение «Как дела?». Изредка я даже оставляла комментарии: «Какие у тебя прелестные детишки!», «С Рождеством!», «С Новым годом! P. S. Какие у тебя прелестные детишки!».
Был только один человек, которого я не могла снова видеть, и я отчаянно надеялась, что он сегодня не появится.
Пожалуйста, не приходи.
Десять минут спустя я уже ехала по университетскому кампусу, отмечая, что он выглядит совершенно не так, как семь лет назад. Все было более современным, и там, где когда-то был квартал студенческих клубов, теперь разместились серые стальные закусочные. Единственное, что не изменилось, – «Собор знаний» – бежевая громадина, возвышающаяся над всеми зданиями в кампусе.
Я колесила по парковке, пропустив несколько свободных мест, в надежде, что полицейский перестанет ездить за мной, и я наконец смогу улизнуть отсюда.
– Паркуйтесь! – заорал он в громкоговоритель, и я заняла место прямо перед входом.
Он что, действительно собирается смотреть, как я зайду внутрь?
Я заглушила двигатель и схватила с заднего сиденья свои открытые туфли на каблуках. Надела их и открыла пудреницу, чтобы еще раз проверить макияж. Добавив немного блеска для губ, я разглядела в зеркале заднего вида полицейского. Он стучал по своим часам, поторапливая меня.
Я застегнула верхние пуговицы на своем темно-синем пальто и вышла из машины, помахав рукой и улыбнувшись ему.
Он указал на «собор», а я развернулась и не спеша двинулась к входу.
Просто зайди, сфотографируйся и уйди. Максимум пятнадцать минут, Шарлотта, не больше.
Я распахнула двери, и меня тут же встретили тысячи сине-золотых шаров, развешанных вдоль пустынного вестибюля. Высоко под потолком висело несколько глянцевых золотистых транспарантов с надписями: «Да здравствует Питт! Выпуск 2010 года!» и «Вперед, Пантеры! Вперед!» Единственным признаком жизни была рыжеволосая женщина за столом посередине вестибюля.
Я со смущенным видом подошла к ней.
– Здесь проходит встреча выпускников?
– Ага! – Она взглянула на меня и улыбнулась. – Как ваше имя?
– Шарлотта Тейлор, – сказала я.
Я хотела было узнать, пришел ли еще кто-нибудь, кроме меня, но вдруг из дальнего конца раздался громкий смех и аплодисменты – все уже в банкетном зале.
– А, вот вы где! – Женщина протянула мне именной бейджик и обложку к нему. – Шарлотта Тейлор. Встречу вы, конечно, пропустили, но как раз успеваете на презентацию выпуска и специальную речь. В конце зала есть бесплатный бар с конфетами, если интересно. И не забудьте расписаться в Книге выпускников. Медицинский центр Питтсбургского университета за каждую подпись жертвует по сто долларов на новый научный центр здоровья, поэтому мы все были бы очень признательны.
– Конечно, распишусь.
Я повесила бейджик себе на пальто и поставила на телефоне таймер на пятнадцать минут. Затем направилась прямо в банкетный зал.
Комнату, еще больше украшенную фирменными цветами эмблемы Питта, наполняли люди в костюмах и дизайнерских платьях. Официанты пробирались между ними, высоко подняв подносы с шампанским, а на сцене стояла группа в белых костюмах. Та же группа, чьи выступления я, будучи второкурсницей, смотрела каждый субботний вечер.