Моя грудь сотрясалась, а по щекам текли горячие слезы.
Он приблизился и вытер их кончиками пальцев.
– С каких пор ты веришь тому, что пишет желтая пресса?
– Две минуты. – Я отвернулась от него. – Надеюсь, ты все сказал, потому что я уже достаточно услышала.
Он нежно взял меня за подбородок и повернул мою голову к себе.
– Мы оба знаем, что я от тебя не отстану, и даже если я уйду сегодня, я вернусь завтра.
Я вздохнула, вспомнив, как он преследовал меня на последнем курсе.
– Что тебе от меня надо, Грейсон?
– Увидеться с тобой снова, может, несколько раз на этой неделе, чтобы я мог… – Он сделал паузу. – Я бы предпочел больше тебя никуда не отпускать, но, если это невозможно, я бы хотел узнать, что я тебе такого сделал, чтобы я точно знал, почему у нас все закончилось. Уверен, и ты хотела бы подвести какой-то итог.
Хотела бы.
– Я не могу с тобой встречаться по несколько раз в неделю.
– Из-за работы? – Он оглядел мою гостиную. – Так ты занялась искусством или правом?
– Не твое дело. – В сердце кольнуло. – Хотя нет, не из-за работы. Это потому, что я не уверена, что смогу выдержать такие частые встречи с тобой. Может, раз в полугодие?
– А может, нет? – Он сузил глаза, но постепенно выражение его лица смягчилось. – Раз в неделю.
– Раз в месяц. – Я чувствовала, как мое сердце умоляет меня согласиться на «раз в неделю», но уже подводило меня прежде, когда дело касалось Грейсона, так что я не собиралась позволять ему снова толкнуть меня на путь страданий. – Я могу раз в месяц.
– Сколько месяцев?
– Четыре.
– Отлично. – У него был подавленный вид, но настаивать он не стал. – Ты точно будешь приходить?
– Если не приду, ты знаешь, где я живу.
Легкая улыбка коснулась его губ, но он стер ее.
– Где ты хочешь встречаться?
– «Рос-гейн» – кафе возле Центрального парка. В первую неделю каждого месяца.
– Утром?
– Вечером, – сказала я. – В случае необходимости владелец позволит нам задержаться, если мы оплатим вперед.
– Хорошо. – Он отстранился. – Мое время вышло?
Я помедлила с ответом. Он так смотрел на меня, что я чуть было не сдалась и не сказала ему, что у меня тоже были проблемы со сном. Что мы должны поговорить прямо здесь и сейчас. Но вспомнив, как сильно он ранил меня, я не смогла этого вымолвить.
Я открыла входную дверь.
– Значит, мы встречаемся раз в месяц и только четыре месяца; мы подведем столь необходимые итоги и оставим друг друга в покое, так?
Он не ответил.
– Так, Грейсон? – повторила я, но он снова не ответил. Я отошла назад, чтобы он мог пройти.
– Подожди. – Я коснулась его руки прежде, чем он вышел под дождь. – А в какой день недели мы встречаемся?
Он склонил голову, и его лицо озарила та притягательная улыбка, что все еще приходила в моих снах.
– Уверен, ты и сама знаешь.
Грейсон: сейчас
Наши дни
Нью-Йорк
Наш первый новый вторник наступил через несколько недель, и я ни капельки не удивился, когда Шарлотта так и не появилась.
Шарлотта: тогда
Семь лет назад
Питтсбург
«Хайленд кофи» от всех остальных кафе в кампусе отличали три вещи. Во-первых, они предлагали посетителям мокко без ограничений в незагруженные дни. Во-вторых, все свои знаменитые лакомства они делали самостоятельно. И в-третьих, у них был второй этаж, который они открывали в дождливые дни – такие, как сегодняшний, так что мы смогли воспользоваться этой возможностью.
Тем утром я пришла туда к открытию, увидев за своим окном серые тучи. Одевшись в уютную толстовку и захватив с собой две свои любимые книги, я надеялась по максимуму использовать свой свободный день.
– Вот и ты, Шарлотта, – поприветствовала меня владелица, ставя передо мной только что налитый карамельный латте. – Если еще что-то нужно, говори.
– Подождите минутку, – проговорила я.
– Да?
– Вы уже вторую неделю подряд не берете с меня деньги за кофе. Почему?
– Я бы тебе сказала, но я поклялась хранить эту тайну, – улыбнулась она.
– Ну тогда давайте я угадаю, а вы моргните, если мое предположение верно. Это Грейсон, да?
– Если будет нужна добавка, скажи.
Она рассмеялась и отошла.
Я вытащила телефон и, открыв «калькулятор», посмотрела на последнее сохраненное число. Судя по количеству латте, заказанных мной с того момента, как Грейсон начал «секретно» оплачивать их за меня, до этого момента он потратил сто двадцать пять долларов. Я заставила себя посчитать и свои расходы в субботний вечер, когда мой скряга-кавалер выразил недовольство, что я что-то захотела из торговых автоматов в кинотеатре.