Я покраснела и глотнула кофе.
– Наверное, буду анализировать запись последней игры, – сказал он, меняя тему. – Хочу улучшить свои триста семьдесят пять ярдов и двадцать два принятых паса.
– Триста девяносто пять.
– Что?
– У тебя триста девяносто пять ярдов. – Я поставила чашку. – И двадцать три принятых паса.
– Я думал, ты не перевариваешь футбол.
Он явно был впечатлен.
– Я командный дух не перевариваю. А футбол я люблю. Всегда любила.
– Хм, – улыбнулся он. – Приятно.
– Могу я теперь продолжить чтение?
– Нет. – Он подвинул книжку к себе. Затем вынул из рюкзака папку. – Сначала ты должна мне помочь с феминистскими сочинениями Шекспира.
– До следующего месяца они не понадобятся, – сказала я, вытаскивая его расписание. – Тем более для тебя это легче легкого.
– Если бы так и было, я не просил бы тебя об этом.
– Ты просто представь, что думает женщина, когда испытывает оргазм и «умирает тысячью маленьких смертей», потому как это правильное толкование Шекспира, и все будет в порядке.
– Так еще лучше, – произнес он, щелкая ручкой. – Давай ты мне все это расскажешь и разойдемся.
– Ты не того человека спрашиваешь.
– Почему нет? Просто подумай о том, когда последний раз у тебя был секс, и расскажи мне, что происходило у тебя в голове, когда ты кончила. – Он отпил кофе. – Обещаю не комментировать.
Я вздохнула.
– Даже и не знаю.
– Из-за того, что ты мысленно отключаешься во время секса? – Он снова щелкнул ручкой. – Может, мне, напротив, будет легче передать эту мысль?
– Из-за того, что у меня еще не было секса.
Он выплюнул кофе и вытаращил глаза. Он просто сидел и пялился на меня.
Долго пялился.
– Ты закончил, Грейсон?
– Извини, – сказал он. – Я этого не ожидал.
– Не все проводят свое время в колледже, занимаясь сексом со всем, что движется.
– У меня не было секса весь этот семестр.
– Уверена, это у тебя личный рекорд.
– Мы не обо мне говорим. Значит, ты девственница? – Он все еще выглядел удивленным. – Ты мне собиралась сказать об этом?
– Не знаю, с чего бы мне вдруг понадобилось обсуждать это с тобой, так что нет. Я не собиралась говорить тебе.
– Интересно. – Он закрыл свою тетрадь. – Молодец.
– Я слышу сарказм?
– Нет.
Он выглядел искренним.
– Эй, ребятки. – Владелица встала у нашего стола и поставила два свежих латте. – Я сегодня закрываюсь пораньше. Сменная барменша не появилась, а мне нужно забрать дочку у сиделки. Обещаю загладить свою вину в следующий дождливый денек.
– Никаких проблем, – произнесли мы в унисон. – Спасибо.
Я побросала свои вещи в сумку и направилась к лестнице; Грейсон шел сразу за мной.
Выйдя на улицу, я раскрыла зонт и взглянула на него.
– Ну что ж, увидимся завтра?
– Конечно. Где твоя машина?
– Я сегодня пешком, – пожала я плечами. – Мое общежитие всего в нескольких кварталах.
– Давай я тебя подвезу.
Он вытащил из кармана ключи, и черный внедорожник перед нами моргнул огнями.
Я даже не успела это обдумать. Грейсон положил руку мне между лопаток и подвел меня к пассажирской дверце. Открыл ее, подождал, пока я пристегну ремень, а затем пошел на свое место.
Он взглянул на меня, запуская мотор.
– В каком общежитии ты живешь?
– В Лотроп-холл.
– Это подальше, чем в нескольких кварталах.
Он вырулил на Форбс-авеню и включил стеклоочистители. За всю поездку никто из нас не произнес ни слова, и единственным звуком был стук дождя по капоту.
Остановившись у моего общежития, он поставил автомобиль на «парковку» и повернулся ко мне.
– Ты и вправду собираешься дать второй шанс человеку, который на первом свидании заставляет тебя за все платить?
– Быть может. – Я знала, что это прозвучало неубедительно. – Не все в колледже получают кучу денег и кофе с машинами в подарок, как ты. Я тоже себе это позволить не могу, знаешь ли.
– Я каждое лето работаю, чтобы заработать эти деньги, – произнес он. – А когда мой отец умер, он оставил мне свою пенсию и машину, в которой мы сидим. Эти вещи достались мне по наследству, мне их не дарили.
– Я не то хотела сказать. – Я умолкла. – Сочувствую по поводу твоего отца.
– Не стоит. – Он заглушил двигатель. – Ответь на мой вопрос по поводу свидания.
– Грейсон, клянусь, я делаю это не назло тебе.
– Еще как назло.
Он наклонился вперед и заправил выбившийся локон мне за ухо, воспламенив в моем теле каждый нерв.
– Нет, – вздохнула я. – Нет, на самом деле я бы не пошла на свидание с таким человеком.