Он положил трубку и прислал мне сообщение.
Грейсон: Надира посоветовала мне быть готовым и заехать за тобой, если ты вдруг начнешь увиливать. У тебя отличные друзья.
Друзья у меня – предатели.
Я засмеялась. Потом, мельком посмотревшись в зеркало, схватила куртку и пошла к лифту.
Когда я дошла до вестибюля, туда ворвалась бригада медиков. Я отправила Надире сообщение.
Я: Скажи мне, что она все еще дышит.
Надира: Дышит, но ей нужно промывать желудок. ОПЯТЬ. Я позвонила ее родителям и написала рапорт о нарушении условий соглашения, так как в прошлый раз мы все спустили на тормозах. Фух. (Зато я конфисковала их «Эверклир» и отнесла к нам в комнату. У них было целых ТРИ бутылки. #победа).
Я: Хорошо. Думаю, с этого момента нам стоит писать рапорты о нарушениях при первом же серьезном проступке, чтобы избежать подобного разгильдяйства. (Ты невыносима. Будь великодушна и даруй мне одну.)
– Извини, – похлопала меня по плечу брюнетка в синем костюме медсестры. – Ты Шарлотта Тейлор?
– Да, – ответила я. – Если вы из бригады медпомощи кампуса, вы можете переговорить с дежурным завхозом. Она на девятом этаже, ее зовут Надира Хилл.
– Я не из бригады. – Она оглядела меня. – Но я та, кого ты должна знать. Я недавно пыталась добавиться к тебе в друзья в Фейсбуке, но, наверное, ты слишком занята с Грейсоном Коннорсом, чтобы дружить с людьми и ходить в колледж, да?
Я сделал шаг назад. Число запросов в друзья в Фейсбуке в последнее время внезапно выросло и достигло примерно двух тысяч, но я думала, что это компьютерный «глюк», и не отвечала на них. И, если честно, я бы скорее связала этот всплеск с тем, что меня назвали Студентом-юристом года в Питте, а не с тем, что я провожу время с Грейсоном.
– Я добавляю только тех, кого знаю лично, – проговорила я. – Но раз уж ты упомянула об этом, твой запрос я точно «проигнорю». Скажи, как тебя зовут, и я прямо сейчас это сделаю.
– Ха! Значит, ты думаешь, что знаешь Грейсона Коннорса лично? – Она положила руку на грудь и рассмеялась. – Ага, так и есть.
– Извини, мы раньше встречались?
И если нет, то не свалить ли тебе к чертям собачьим?
– Не встречались, но я захотела заскочить и оказать тебе личную услугу. – Она поджала губы. – У всех только и разговоров о том, что он не ходит на обычные тусовки или не звонит девчонкам, которых раньше трахал. – Слово «трахал» на секунду повисло в воздухе. – Он почему-то променял все это на общение с «этой тупорылой телкой Шарлоттой» – то есть с тобой, поэтому я подумала, что нужно предупредить тебя – ты никогда не будешь для него более чем небольшим развлечением вне поля.
Я никогда не отвешивала пощечин, не дослушав, но эта девушка рисковала стать моей первой жертвой.
– Я знаю, как он действует. – Она положила руку мне на плечо и посмотрела на меня взглядом, полным сочувствия. – Он будет делать все, как положено, и притворяться, что ему нужно что-то большее, что он хочет настоящих отношений. Он будет водить тебя на свидания в милые кафешки, чтобы все выглядело так, будто он открыто с тобой встречается. Возможно, будут ночные беседы по телефону и свидания по выходным, но он никогда не поцелует тебя на людях. А если и поцелует, то где-нибудь вечерком, в машине или в другом уединенном местечке, чтобы уж точно никто не узнал о ваших псевдоотношениях. А когда ты в конце концов попросишь его встречаться в открытую, он выдаст свое фирменное: «У меня не бывает постоянных девушек, но меня все и так устраивает». А когда он от тебя устанет – а он точно устанет, – он тебя кинет и будет делать то же самое с кем-нибудь еще. Потому что всегда будут те, которые побегут к нему в койку – только свистни. Эх, если бы я сама обращала внимание на все эти слухи. Может, тогда бы я не потратила понапрасну целое лето.
Я пристально смотрела на нее, гадая, где же я ее раньше видела, и обдумывая, успею ли я влепить-таки ей пощечину.
Она отвернулась, когда Грейсон припарковался к обочине.
– За предупреждение можешь не благодарить.
– Я и не собиралась.
Я отошла от нее и натянуто улыбнулась Грейсону, открывшему мне пассажирскую дверь.
– Что-то не так? – спросил он.
– Нет, все в порядке.
Я забралась в машину и уставилась перед собой, пытаясь думать о чем угодно, только не о том, что сказала эта психованная брюнетка. Я пыталась вспомнить, что сказала мне Надира несколько недель назад, когда посыпались запросы в друзья.
«Пожалуйста, не дай этим завистливым и мелочным бабам достать тебя».