– Я просто думаю, что ты порой не очень понимаешь, насколько ты популярен.
– Нет, я совершенно точно знаю, насколько я популярен. – На его губах появилась самодовольная улыбка, и он притянул меня ближе – так, что мои колени коснулись обивки стула. – Мне, конечно, приятна лесть, но она насквозь фальшивая. Я не могу контролировать то, что делают другие, но было бы замечательно, если бы ты говорила мне правду, когда что-то происходит. Тогда я мог бы исправить ситуацию до того, как ты начнешь искать оправдания, чтобы порвать со мной.
– Чтобы порвать отношения, они должны у нас быть.
Он не обратил внимания на мою реплику и отпустил мои руки.
– А еще мне нужно, чтобы ты смирилась с тем, что я никуда не уйду. – Он погладил мои бедра. – Ты зря тратишь время, пытаясь убедить меня в обратном.
– Грейсон, я не пытаюсь… – Я сбилась с мысли, когда он сдвинул в сторону мои трусики и прижал палец к моей «киске».
– А я не пытаюсь закончить наш разговор прямо сейчас, – ухмыльнулся он. – Мы можем вернуться к нему, когда я с тобой закончу. – Он спустился со стула на пол и поднял на меня глаза. – Сядь своей «киской» мне на лицо.
Я тут же залилась краской.
– Что?
– Ты слышала. – Он погладил мое правое бедро. – Сядь своей «киской» мне на лицо.
Я не шелохнулась.
Тихонько усмехнувшись, он нежно поднял мою левую ногу и поставил ее на стул. Затем сжал мои бедра, чтобы я не двигалась.
Без всякого предупреждения он втянул ртом мой набухший клитор, заставив меня схватить его за волосы. Я стояла, прикусив губу, пока он беспрестанно порхал языком по моей «киске», лишая меня сил.
Целуя мою «киску» так, будто это был рот, он проскальзывал языком все глубже и глубже, не давая мне контролировать темп.
– А-а-ах, – застонала я, когда он большим пальцем принялся тереть мой клитор, мучая меня спокойным, чувственным ритмом. – О боже…
Он постанывал, погрузив палец внутрь меня и не отрывая языка. Музыка за дверью сотрясала стены, и моих криков почти не было слышно из-за громких воплей и шума в гостиной.
– Грейсон… – Мои ноги дрожали, и я с трудом удерживала равновесие. – Грейсон, я не могу… я…
Он не обращал на меня никакого внимания. Он продолжал работать языком, заставляя трепетать мою «киску». Я ощущала, как внутри меня поднимаются незнакомые мне волны наслаждения, ощущала, как вверх и вниз по позвоночнику пробегает дрожь.
Вскрикнув, я закрыла глаза и упала вперед, на стул, чувствуя, как меня накрывает оргазм. Я потеряла контроль над своими мышцами, будто во мне не осталось костей.
Он встал и поцеловал меня в шею, затем поднял и перенес меня к себе в кровать. Напоследок он поцеловал мою «киску» и исчез в ванной.
Я услышала тихий звук бегущей воды и открыла глаза. Сейчас я была способна только лежать и смотреть в потолок.
Через несколько минут Грейсон вернулся в комнату и, немного помассировав мне ноги, помог сесть. Он вытащил мой телефон из своего кармана, нажал несколько раз на экран и вернул его мне.
– Как я уже говорил, – произнес он. – Мне нужно, чтобы ты перестала искать оправдания, чтобы порвать со мной. Я хочу быть с тобой, и только с тобой, и, хоть ты это и отрицаешь, ты чувствуешь то же самое. – Он погладил меня по волосам. – Если еще кто-нибудь придет к тебе и начнет врать, скажи мне, чтобы я с этим покончил. Хотя мы оба должны признать, что после сегодняшнего никто уже не посмеет сказать, что я не способен на открытые отношения.
Я опустила взгляд на свой телефон и увидела, что он отметил меня на своем новом статусе в Фейсбуке:
Грейсон Коннорс в отношениях с Шарлоттой Тейлор.
– Ну, теперь у нас никаких претензий друг к другу нет. – Он поднял меня с кровати и подвел к двери. – Да?
Я кивнула. У меня все никак не укладывалось в голове, что он со мной сейчас сделал.
– Рад, что мы пришли к единому мнению, – проговорил он. – А теперь, так как ты мне все еще должна два часа, приходи ко мне в комнату через сорок пять минут – я снова отведаю твоей «киски».
Шарлотта: тогда
Семь лет назад
Питтсбург
Дорогой Грейсон Коннорс,